На чем она остановилась? Ах, да, на том, как выглядит Дореченцев. Лицо побрито, и вроде спокойное. Не к добру.

Дореченцев по факту не может смотреть на неё спокойно. По крайней мере, она его запомнила не таким.

Сглотнув, Кристина открыла рот, чтобы спросить, где она, но закашлялась. Горло обожгло. Черт побери, что с ней было? Ах да, долго кричала и стонала, как результат — повреждена кожа, да и связки, наверняка, тоже. О, Луна.

Всё же кое-как, надсадно хрипя, и сжав горло ладонью, Кристина выговорила:

— Где… я?

Дореченцев медленно улыбнулся, а улыбка попадала под характеристику «убийственной».

— У меня, в отеле.

Так. Стоп. В его номере? Или в его отеле? Луна, да какая разница! Кристина диву давалась, какие нелепые мысли приходили в голову. Ей не всё равно? Привязалась она с этим отелем.

Главное — она не у похитителей.

Опаааа…."

"Дореченцев, получается, освободил её?

Освободил???

По логике, ей надлежало обрадоваться. Кристина и обрадовалась. Только радость была окрашена в черный цвет. Она не помнила, что произошло, каким образом Дореченцев вообще узнал о её похищении и оказался у того седовласого мужчины.

И это настораживало. Нет, хуже — пугало.

Стараясь ровно дышать, Кристина сделала над собой усилие и села, стараясь не обращать внимания, как тело отзывается непривычной ломотой в каждой мышце.

— У тебя в отеле, — повторила она. Чувствовала себя последней идиоткой. Голова отказывалась полноценно работать.

— Вот именно, девочка, — усмехнулся Семен и не преминул добавить: — У меня.

От его последней фразы тошнота подкралась к горлу. Вроде бы, простая фраза, тогда отчего Кристину всю залихорадило, а на лбу выступила испарина?

Дореченцев просто так ничего не говорит.

И не делает.

Она решила не акцентировать внимание на его словах. От греха подальше. Придет время — объяснятся.

— Можно мне воды? — негромко попросила она, отводя взгляд в сторону.

И всё же непроизвольно вздрогнула, когда Дореченцев поднялся с кресла и прошёл к стеклянному столику, где стояли графин с водой и бокалы. Сегодня она воспринимала мужчину иначе. Искаженно. Он казался ей больше, сильнее, агрессивнее. Но последнее вообще никак не сочеталось с его спокойным, чуть насмешливым поведением. Кристина ничего не могла с собой поделать.

Больными, с полопавшими капиллярами глазами смотрела, как он, не спеша передвигается по комнате. Как играют его мышцы при ходьбе. Домашняя одежда прекрасно демонстрировала отменную физическую форму.

И да… штаны слишком обтягивали упругие ягодицы.

Кристина прикрыла глаза. Она сошла с ума, если рассматривает Дореченцева, как самца.

Чертова течка!

Готовая заплакать от отчаяния, Кристина прикусила нижнюю губу. И вздрогнула, когда услышала:

— Не смей кусать губы. Они тебе ещё пригодятся.