"Дарья Донцова

Иван Грозный на Мальдивах

Глава первая

«Усталый Иван-царевич превращается в Змея Горыныча».

Если работаешь детективом, то не стоит удивляться тому, что говорят люди в твоем кабинете. Но заявление о превращении королевича в трехголовое чудище лишило меня самообладания. Я усмехнулся и быстро замаскировал свое веселье вопросом:

– Господин Какаовум, прошу меня извинить, но пока я не понимаю причины вашего обращения ко мне.

– Вы Подушкин? – спросил, в свою очередь, клиент.

Я подавил вздох. Понятно, к моему берегу опять пришвартовался странный человек. Но, с другой стороны, есть ли на свете люди без каких-либо сдвигов? Ваш покорный слуга сам хорош, у меня есть привычки, которые другим кажутся симптомами безумия. И то, что господин со странной фамилией Какаовум забыл мое имя-отчество, ерунда.

– Да, Иван Павлович Подушкин, – вновь представился я.

– Прекрасно! – заликовал посетитель. – То, что надо. Меня выгнали, а вас не посмеют, потому что это ваши подлинные данные!

Я изобразил вежливую улыбку.

– Прибыль по-братски поделим, – продолжал посетитель, – мне восемьдесят процентов, вам двадцать. И гарантирую продолжение сотрудничества.

– Подскажите, как к вам обращаться, – спросил я, – мне пока известна лишь ваша фамилия!

Клиент положил на стол визитку, я посмотрел на нее и не смог сдержать удивления:

– Боб Солнечноласкович Какаовум? Вашего папеньку звали Солнечноласковый? Уникальное имя.

– Вот из-за паспортных данных я к вам и приперся, – потер руки Боб, – хочу их поменять. Понимаете?

– Не совсем, – ответил я. – Конечно, у вас труднопроизносимое…

– Вообще-то я Сергей Иванович Петров, – сообщил гость, – но менял документы. И теперь ношу фамилию Какаовум.

Я растерялся и заметил:

– Лично мне Петров больше нравится.

– Живи вы год с данными Чистень Ершович Унитазов, тоже были бы рады стать Бобом Какаовум, – парировал посетитель. – Контракт закончился. Могу подписать следующий. Да в загсе уперлись! Не хотят новый паспорт давать. Соглашайтесь, двадцать процентов крутые условия. И за шоу всегда платят нормально, аж сто тысяч можно огрести. С работой сейчас плохо у всех. Можете сколько угодно говорить, что у вас от клиентов нет отбоя, но я этому никогда не поверю. Я вам на подносе принес баблосики, осталось взять их да потратить.

И тут в кабинет вошел Борис.

– Иван Павлович, вас вызывают по прямой связи.

Я встал.

– Уважаемый Боб Солнечноласкович, я покину вас на короткое время.

– Я посижу здесь, – сказал мой помощник, – поговорю пока с гостем.

Я выскочил и поспешил в столовую. Чашка кофе сейчас будет очень кстати. Жаль, что у меня плохо получается капучино, а эспрессо мне не по душе.