В ноябре Гаэль исполнилось сорок лет, и она сетовала на то, что стала совсем старуха. Кристофер будучи на три года старше, твердил, что она выглядит как девчонка. Оба высокие, светловолосые, они действительно казались моложе своих лет, и окружающие считали их прекрасной парой.

Фильм с его музыкой вышел в прокат прямо перед ее днем рождения и был прекрасно принят публикой. Мир улыбался им. А через месяц было намечено открытие музея Штрауса. Наследники пришли в восторг от того, что они с Андре сделали. Гаэль также успела обратиться к издателям путеводителей и туристических журналов, чтобы привлечь внимание к музею. Вскоре должна была выйти еще одна статья в «Фигаро»."

"Гаэль позвонил, чтобы поздравить, хранитель музея Ниссим де Камондо. Кроме того, один из телеканалов готовил ток-шоу, посвященное Музею Штрауса.

Каждый день был лучше предыдущего. В День благодарения они устроили настоящий пир, Кристофер уже выступал в роли гостеприимного хозяина. Гаэль скучала по Доминике: дочь решила провести праздничный уик-энд у подруги по колледжу, — поэтому позвонила ей с утра пораньше, пока та не успела уехать.

— Ты выглядишь счастливым, — сказал Андре другу с довольной улыбкой, когда они откупоривали вино.

— Так и есть, — улыбнулся Кристофер.

Он действительно был безмерно счастлив. Кроме того, его мысли занимала совершенно другая идея. Кристофер хотел было поделиться с Андре, но передумал: пусть Гаэль все услышит первой.

Субботним утром можно было позволить себе подольше понежиться в постели. Кристофер неожиданно повернулся к ней лицом и, широко улыбнувшись, заговорщически прошептал:

— Хочу сделать тебе одно предложение… Вернее, два. И очень надеюсь получить положительные ответы.

Он замолчал, и Гаэль, явно заинтригованная, вопросительно уставилась на него.

— Итак, первое? — не выдержала она, касаясь его груди длинными тонкими пальцами.

— Ты выйдешь за меня? — спросил Кристофер без предисловий.

— Ты серьезно? — ахнула Гаэль от неожиданности. — Как насчет Доминики? — Вспомнив о дочери, она нахмурилась.

— Все зависит только от тебя.

Доминике это точно не понравится, но ничего, придется смириться. Гаэль наконец поняла, что не готова жертвовать своим счастьем даже ради единственной дочери и не хочет, чтобы кто-то управлял ее жизнью.

— Я сделаю все, что ты хочешь, — пообещал Кристофер.

Гаэль хотела, чтобы он любил ее вечно и поклялся, что никогда не умрет. Но разве можно сдержать подобное обещание?

— Не поздновато ли нам жениться? — приподнявшись на локте, улыбнулась Гаэль.

— Да я чувствую себя с тобой мальчишкой и готов свернуть горы!

— Правда? — счастливо рассмеялась она. — Ты действительно этого хочешь, Кристофер?

— Еще как! — заявил он, совершенно уверенный, что так оно и есть.