Ничего и никогда он не хотел так, как эту женщину, которую ждал все эти годы, единственную.

И тут Кристофер удивил ее еще сильнее:

— А еще я хочу детей!

Это заявление так поразило Гаэль, что она лишилась дара речи: ведь он всегда утверждал, что никогда не хотел детей.

— Мне это и в голову не приходило.

— Тебе нужно подумать? Я не тороплю…

— Не знаю… — с сомнением протянула Гаэль. — В моем возрасте вроде поздновато уже: сорок лет все-таки. Многие женщины уже лишаются к этому времени способности иметь детей.

— Нет-нет, речь не идет о чем-то экстремальном вроде искусственного оплодотворения. Не хочу, чтобы ты через это проходила, но, может, это само произойдет, когда поженимся?

В его глазах было столько нежности, столько надежды, что у нее сжалось сердце. Кристофер казался ей незнакомцем, но гораздо лучше того, с которым она познакомилась десять месяцев назад в доме Андре на Монмартре.

— Я еще не сказала «да», — лукаво улыбнулась Гаэль.

— Не сказала? Так чего же ты ждешь? Я хочу жениться на тебе! Ответ может быть только один: «да».

Теперь, когда он все решил, хотел сразу же обо всем договориться.

— Когда?

— Да хоть сегодня!

Она немного подумала.

— Нет, я должна сначала поставить в известность Доминику. Она обидится, если узнает все последней.

— Ты какую хочешь свадьбу?

— Только не пышную. Так, самые близкие.

Они оба так считали.

— Ну, сестра с семьей, несколько друзей.

— Доминика приедет на весенние каникулы, в марте.

— Тогда и поженимся.

До свадьбы еще четыре месяца: достаточно, чтобы привыкнуть к этой мысли. Впрочем, проблему представляла только Доминика.

— Я скажу ей на Рождество, когда увидимся. Может, согласится быть подружкой моей, — улыбнулась Гаэль.

До сих пор она не думала о замужестве, но поскольку Кристофера любила, то женой его стать будет счастлива. Тем более что у них впереди целая жизнь.

— Итак, в марте, — протянула она мечтательно, и Кристофер понял намек.

Они занялись любовью, и Гаэль подумала, что ей понравится быть его женой.

— Я бы хотел, чтобы это произошло как можно скорее… — выдохнул он, когда страсть завладела обоими.

Больше они не думали ни о свадьбе, ни о Доминике, ни о ребенке, а только друг о друге и о том, какая чудесная их ждет жизнь. Впрочем, она уже была чудесна.

В свои планы они посвятили только самых близких. Андре и Амандин, сестра Кристофера, будут их свидетелями. Луиза придет на свадьбу обязательно: подруга была очень рада за них обоих.

Музей открылся за неделю до начала рождественских каникул. Пресса и искусствоведы приняли его на ура, от посетителей не было отбоя.

Гаэль очень волновалась, но не столько из-за музея, сколько из-за Доминики, с которой решила поговорить после Рождества, чтобы не омрачать праздник.