В концлагере погибла вся семья моей лучшей подруги.

— У каждого из нас кто-то погиб, — серьезно сказал Кристофер. — За тот кошмар кому-то больно, а кому-то стыдно.

— Согласна. Именно поэтому музей так для меня важен. Я очень надеюсь сделать его местом, которое каждому необходимо посетить, добиться его признания как объекта социального, культурного и исторического значения. Правда, пока еще не знаю, как это сделать, как привлечь к нему внимание.

— Счастлив буду посетить музей, когда все будет закончено.

Тем более сейчас, когда встретил ее. Андре несколько раз упоминал о новой сотруднице: умной, привлекательной, работать с которой — одно удовольствие, но он пропускал его слова мимо ушей, пока не увидел Гаэль собственными глазами.

— Можно мне пригласить вас на ужин?

Он старался, чтобы это прозвучало как бы между прочим. Ему не давало покоя обручальное кольцо у нее на пальце, хотя она говорила, что овдовела. Очевидно, это произошло недавно, поскольку Андре предупредил, что она ни с кем не хочет встречаться.

— Конечно, — просто ответила Гаэль, ничего не уточняя.

— Я позвоню, и мы договоримся, когда и где, — сказал он, не желая показаться слишком навязчивым.

Она поблагодарила за звонок и повесила трубку.

— Кто это был? — входя в комнату, резко спросила Доминика.

— Друг архитектора из музея, где я работаю.

— Он что, пригласил тебя на свидание? — скептически поинтересовалась дочь.

— Нет. Мы только вчера познакомились за ужином у Андре.

— Надеюсь, ты не начала подыскивать замену папе?

— Даже не думала об этом.

— Ты уже старая, чтобы еще раз выходить замуж, — выложила разом все карты Доминика. — К тому же это будет предательством по отношению к папе.

Гаэль рассмеялась:

— Да, исчерпывающе, ничего не скажешь. Спасибо, что все прояснила, особенно за то, что я уже старая.

— Но это же правда. Зачем выходить замуж, если тебе оставили кучу денег?

— Откуда ты знаешь? — резко спросила Гаэль.

— Папа сам сказал, что оставит тебе столько, чтобы можно было жить, ни в чем не нуждаясь, а я получу остальное.

— Он позаботился о нас обеих, — кивнула Гаэль, подводя черту в этом неприятном разговоре. — И ты права: мне не нужен второй муж. Только знай: из-за денег замуж я бы никогда не вышла.

Роберт и Доминика много и часто говорили о деньгах, и Гаэль это очень не нравилось. Дочь же была просто одержима финансовой стороной жизни: у кого есть деньги и сколько, как заработать больше и как выгодно вложить. Похоже, она правильно выбрала профессию.

— Тебе повезло, что папа на тебе женился, — бросила почти грубо Доминика.

Гаэль была шокирована наглостью дочери.

— Да, повезло, потому что мы очень любили друг друга.

— А еще он был очень богат, — усмехнулась Доминика.