— У меня только дочь. Осенью уезжает в колледж.

— В Штаты?

Она кивнула.

— Но это как-то… нехорошо. Я имею в виду, что она уедет от вас?

У французов было не принято уезжать на учебу в другие города, а тем более страны. Гаэль было это знакомо, хотя брат ее учился в Париже.

— Ей это полезно, а мне, конечно, будет очень одиноко без нее. Я вроде как вынудила ее переехать в Париж после смерти отца, чтобы немного сменить обстановку, и потом хотела вернуться домой. За семнадцать лет я привыкла к Нью-Йорку и только после смерти мужа поняла, как тоскую по Парижу.

— Я не мог бы жить нигде, кроме Парижа, — страстно прошептал Кристофер и вонзил вилку в яблочный пирог Женевьевы. — Вы парижанка?

— Нет, из небольшого городка близ Лиона, а в Париже я работала после освобождения.

Гаэль уже знала, что великий кутюрье Кристиан Диор открыл свой Дом моды, но шесть лет назад умер, и теперь главным дизайнером стал его молодой помощник Ив Сен-Лоран.

— Мир гламура, — заметил Кристофер. — Париж, Нью-Йорк, кутюрье…

Она говорила обо всем этом совершенно спокойно, без пафоса или бахвальства. Похоже, Гаэль не только умная и образованная, но и скромная.

— Ваша дочь не пожелала поступать в здешний колледж?

— Она истинная американка и всегда мечтала именно об этом колледже.

— Кем она собирается стать?

— Банкиром, как ее отец, — улыбнулась Гаэль.

Кристофер изумленно вскинул брови: странный выбор карьеры для девушки.

Гаэль это тоже казалось странным, но Доминика была словно одержима разными котировками и инвестициями.

— Я уверена, что она будет прекрасным специалистом. Доминика очень способная, увлекается экономикой и математикой — всем тем, в чем я ничего не понимаю.

— Сколько ей лет? — поинтересовался Кристофер. Гаэль выглядела на тридцать, но, должно быть, ей больше, если дочь поступает в колледж.

— Почти семнадцать, самая младшая в классе.

Он отпустил какой-то комплимент, но ее отвлекли гости, сидевшие на другом конце стола, и с Кристофером не удалось поговорить, пока не оказалось, что они собрались уходить одновременно. Было уже начало второго, но до тех пор разговоры за столом были такими интересными и оживленными, что она искренне наслаждалась вечером.

— Помочь вам спуститься по гибельным ступенькам Андре? Обычно я скатываюсь на целый пролет, после того как основательно выпью за обедом. Я пойду первым, так что, если упадете, сможете приземлиться на меня.

Гаэль рассмеялась, но была благодарна за помощь: лестница и в самом деле была смертоубийственной, и она очень боялась спускаться в своих балетках с очень скользкими подошвами.

Судорожно цепляясь за перила, пару раз она едва не поскользнулась.