Подушечка ее большого пальца скользит вдоль моей нижней губы, и мой подбородок опускается, словно хочет побороться за сохранение контакта. – И его сладкие, отравленные губы…

Я касаюсь ее раскрасневшегося лица тыльной стороной ладони.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

Она мычит, глаза ее закрываются, и она снова улетает.

Теперь уже я провожу костяшками пальцев по ее подбородку, но она не двигается.

Моя Спящая Красавица.

Я вздыхаю, отступаю назад и закрываю дверь.

И в ту же секунду, когда я поворачиваюсь, в мой подбородок летит кулак. Приложившись спиной к двери, обнаруживаю, что передо мной стоит Ройс и что его рука все еще угрожающе согнута.

Он свирепо смотрит, но ничего не говорит, и по какой-то причине я тоже молчу.

Ройс открывает заднюю дверь и залезает внутрь. Мне требуется минута, чтобы собраться с мыслями, затем я звоню Мэддоку.

Он отвечает после первого гудка.

– Я их забрал.

– Почему Ройс не отвечал? – спрашивает Мэддок.

Я качаю головой.

– Они оба в стельку. Я даже не знаю, есть ли у него телефон.

– Какие-нибудь проблемы?

– Не-а. – Забираюсь на водительское место, хмурюсь и бросаю взгляд на Ройса через плечо.

 – Отключка полная. Думаю, они хотели надраться, и у них получилось.

Мэддок делает паузу.

– Без нас?

– Может быть, потому что из-за своего пуза я обламываю всем кайф, – вставляет Рэйвен, давая мне знать, что мы на громкой связи."

"– Может быть. – Я киваю; напряжение сковывает мой живот, когда я смотрю в зеркало на маленькую ссадину на своей губе.

Может быть.

ВикторияКогда мои глаза открываются, я замираю. Снова закрываю глаза, снова открываю их, но ничего не меняется: он здесь, в моей постели.

Я медленно сажусь, и в голове сразу же начинает стучать.

Похмелье? Серьезно?

Облизываю губы, сознавая, как у меня пересохло во рту, и с трудом поднимаюсь с кровати. Вся моя дневная одежда на мне, за исключением обуви.

На цыпочках иду в ванную, и как раз в тот момент, когда я собираюсь закрыть за собой дверь, мой взгляд возвращается к кровати.

Кэптен лежит на спине и смотрит прямо на меня.

Вчерашнее дерьмо тут же обрушивается девятым валом. Ощущения – как грузовик на дерево, все внутри ломается, не оставляя надежд.

Какие надежды.

Он приехал к Мэллори, целовал ее, вероятно (сто процентов!), занимался с ней сексом, и вот он здесь, в моей постели, с измученными глазами, и я точно знаю, что никакого секса между нами не было.

– Что не так? – хрипит он.

– Все так.

– Ты лжешь.

– О, теперь ты сразу можешь сказать, лгу я или нет?

Кэптен щурится и принимает сидячее положение.

– Ты должен уйти, – говорю я.

Он хмурится еще сильнее, и замешательство в его глазах заставляет меня отвести взгляд.

– Иди давай, пока Зоуи не пошла тебя искать.