Нет, это наверняка Жильбер… В позапрошлом году… в позапрошлом году… Разве тогда кого-то нашли? Что-то я не помню…

Неожиданно Алексея осенило.

– Прошу прощения, что перебиваю вас, мсье, но я слышал, что у моего дяди был характерный недостаток… У него не хватало одного пальца на левой руке. Может быть…

– Ну так что вы битый час морочите мне голову? – рассердился мсье Куртенэ. – Тогда это тот, которого нашли, когда сносили дом старика Патрюса. Точно он! Местные жители еще ломали голову над тем, кто бы это мог быть… Эй, вы куда?

– Не смеем больше задерживать вас, мсье, – сказал Видок.

Он порылся в кармане и достал золотой луидор. – Разрешите сделать небольшое подношение на корм вашей замечательной канарейке. Нам очень понравилось, как она пела.

– В самом деле? – сказал польщенный старик. – Ну что ж, если вам понадобится узнать еще что-нибудь, я к вашим услугам.

Видок приподнял цилиндр и удалился вслед за Кавериным. Уходя, они слышали, как Жозефина свистит им вслед наполеоновский марш.

Глава семнадцатая,

в которой господину кюре приходится два раза рассказывать одну и ту же историю

Это было небольшое ухоженное кладбище возле игрушечной церковки постройки прошлого века.

Среди скорбных скульптур и мраморных крестов особенно бросался в глаза небольшой холм, на котором стоял лишь невысокий деревянный крестик с надписью: «Requiescat In Pace»[17].

Видок поглядел на эту надпись и вздохнул.

– Думаете, там, внизу, и находится Тербийон? – начал Алексей.

– Да, похоже, что это его могила. – Видок поморщился. – Надо будет спросить у кюре.

Молодой человек обернулся и заметил маленькую фигурку в сутане, которая неожиданно резвым, каким-то подпрыгивающим шагом приближалась к ним.

– А вот и он, – заметил он.

Священник был уже совсем рядом. Это был молодой, еще безусый человек с грустным лицом и едва заметным нервным тиком, от которого подергивалось его правое веко.

– Что вам угодно, господа?

Голос у него был высокий и казался взволнованным. Алексей с удивлением взглянул на священника.

– Здравствуйте, господин кюре, – сказал Видок почтительно. – Нам с приятелем просто стало любопытно, чья это могила.

– Ах, да, – кюре немного успокоился. – Конечно, вы уже слышали об этом прискорбном случае.

Видок и его спутник быстро переглянулись.

– Только кое-какие слухи, – небрежно промолвил Видок. – Признаться, мы так ничего и не поняли.

– В январе этого года, – начал кюре, – ломали старый дом, тот, что прежде принадлежал старику Патрюсу. Вы, наверное, помните его. Старик был чудовищно жаден и не хотел ни су тратить на ремонт. По комнатам там гуляли жуткие сквозняки, а крысы водились каждая величиной с кошку.

– Какой ужас, – сказал Видок, качая головой.