Потому что ты не можешь доверять никому другому.

В мои подростковые годы какой-то дурак постарше подумал, что было бы забавно столкнуть меня с лестницы в школе. В ту ночь Нил и Деклан сожгли его дом дотла, но не раньше, чем избили его до полусмерти. Когда они вернулись и рассказали отцу, что натворили, он дал им ключи от «порше» и велел мне учится у них. И я учился, очень хорошо учился. Именно по этой причине я теперь был правой рукой моего отца, а не Нил, несмотря на то, что он был старше. Хотя Нил не возражал — он был вышибалой, в то время как наш кузен Деклан был больше за рулём управления. Это работало идеально.

Правило второе: не бери пленных и не сожалей об этом.

Выйдя из моей ванной, я увидел, что там стоят они, мой отец, брат и двоюродный брат, все одетые в самые лучшие костюмы, какие только можно купить за деньги.

— Ты читал файлы, которые я тебе отправил, или был слишком занят со своей шлюхой? — спросил отец, сердито глядя на папки на моем столе.

— Он, вероятно, остановился, когда не увидел фотографий, — Деклан ухмыльнулся, а Нил хихикнул.

— На самом деле, да, но мне насрать, в какую школу она ходила и какой у нее любимый цвет. Единственное, что мне нужно было знать, не было в этом файле. Насколько я знаю, Мелоди Джованни может выглядеть как итальянская лошадь.

Седрик встал у меня на пути, оказавшись таким же высоким, как и я, не давая мне подойти к шкафу

— Отец…

— Ты забыл, что поставлено на карту?

— Как…

— Не перебивай меня, — он усмехнулся, а затем сказал: — Ты, кажется, забываешь, что единственный способ стать главой этой семьи — это жениться.

— В ней нет ничего такого, что меня волновало бы.

Схватив меня за шею, он впился в меня взглядом.

— Возьми эту чертову папку, сынок.

Вырвавшись из его хватки, я увидел Деклана, стоящего у моего стола, готового передать мне папку, в то время как Нил просто стоял в футе позади, готовый залезть в задницу моего отца, если потребуется.

— Мне не нужна папка. Я, блядь, прочитал это. Мелоди Никки Джованни: двадцать четыре года, родилась 13 февраля в неизвестной больнице северной Калифорнии, единственный ребенок Орландо и Авиелы Джованни, которые оба эмигрировали из Италии подростками. Ее мать умерла, когда она была маленькой, и с тех пор Орландо практически запер ее в башне. Большую часть своей жизни она училась на дому, пока не поступила в небольшой колледж в каком-то захолустном городке Каскадия в штате Орегон. Я предполагаю, что именно там были изобретены катание на коньках и блестки, — я отмахнулся от Деклана, прежде чем подойти к своему шкафу.

Оборачивая красный галстук вокруг моей шеи, Деклан и Нил фыркнули на мой комментарий, в то время как мой отец стоял, ожидая продолжения.

— Кроме этого, она гребаный призрак. Никаких фотографий. Никаких отпечатков пальцев.