Они почему-то всегда думают, что я голодаю и не ем.

– Пап, ну что ты? Я хорошо питаюсь. За троих.

Новость родителям пришлось сообщить по телефону, потому что я боялась куда-то выходить из-за злосчастного токсикоза. И сейчас у меня есть возможность посмотреть воочию на их реакцию.

Папа садится напротив и окидывает меня задумчивым взглядом. Начинаю ерзать на стуле, потому что ни к чему хорошему такой взгляд обычно не приводит.

– Дочь, мы, конечно, прекрасно понимаем, что ты у нас взрослая. Но все же хотим узнать. Кто отец наших внуков?

Папа отвлекается и переводит взгляд за мою спину.

– О, мать. Ну-ка включи погромче. Там Гаврилов выступает. Хороший мужик.

Даже сперва зависаю, когда слышу эту фамилию. Похоже на слуховые галлюцинации. Только сердце совершает кульбит при звуке до боли знакомого голоса с хрипотцой. Спина покрывается мурашками, и мне уже кажется, что я ощущаю на себе его взгляд. Медленно поворачиваюсь к экрану и впиваюсь взглядом в экран телевизора.

– Ярослав Петрович, скажите, что сегодня обсуждалось на встрече? Будут новые законы?

Ярослав хмурится и внимательно смотрит на корреспондента.

Внутри у меня возникает дыра, которая плавно перетекает в чувство потерянности. В груди начинает нестерпимо гореть обида при одном воспоминании о том, что он мог и хотел просто собрать шмотки и свалить в командировку. Не сказав мне ни слова.

– Пока все проекты находятся только на стадии обсуждения. Это займет какое-то время, и только после всех этапов согласования мы сможем огласить нюансы.

Сейчас он выглядит по-другому. Собранный, жесткий, серьезный. Костюм по фигуре. Запонки на манжетах. Галстук в тон костюму.

Настоящий политик. Таким я видела его раза два. Девушка, что берет у него интервью, не прекращает стрелять глазками в его сторону и перед моими глазами возникает красная пелена. Делаю несколько глубоких вдохов. Папа сосредоточен на новостях. Мама орудует у плиты, поэтому моего состояния никто не замечает.

– Ну а, – девушка делает многозначительную паузу, и я даже перестаю дышать, чтобы не пропустить ни слова, – вы все ещё являетесь завидным холостяком нашей страны? Думаю, многие свободные девушки мечтают услышать ответ на вопрос.

Она мило улыбается ему, а Ярослав только ухмыляется.

– Не вижу связи, но считаю правильным ответить. Я не свободен и скажу больше. Скоро я стану отцом и бесконечно благодарен своей женщине за такой подарок.

При этом он смотрит в камеру, будто чувствует, что я его вижу и слышу. А у меня внутри все обрывается от неожиданности. Закусываю нижнюю губу, чтобы не застонать в голос. Гаврилов быстро прощается с журналистами и идет к машине. А я ещё какое-то время пытаюсь переварить услышанное.