Я здесь, и выхода отсюда нет. Остается только думать, как жить, и что делать дальше.

Не допустить войны? Мира? Я могу попробовать обеспечить его. Было бы преступной халатностью не воспользоваться моими знаниями канона. Достаточно лишь оказаться в нужное время в нужном месте, повлиять на несколько вроде бы незначительных событий, и я изменю все. Я поверну целую реку, переложив лишь пару камешков.

Я знаю, что произойдет. У меня есть возможность изменить что-то к лучшему. Я никогда не стремился установить вселенскую справедливость – пожалуй, эта ноша тяжеловата для моих плеч. Но в отдельно взятых аспектах... Почему бы и нет?

Приезд Роберта Баратеона должен был стать отправной точкой, событием, после которого я окончательно определился бы, что стоит делать.

Оставалось только ждать и готовиться.

4. «Да здравствует король»

Никогда не любил вино.

Наши вина через раз так и отдавали подделкой и химией, но здешние, по крайней мере, были настоящими. Как правило, на Севере их пили горячими, намешав меду и кучу всякой пряной гадости, от чего они становились сладкими, даже отвратительно приторными.

А вот пиво здесь меня приятно удивляло раз от разу. Только благодаря зажатой между ладоней, полной до краев кружке с горьким пенящимся напитком, я вновь чувствовал себя человеком. Сегодня разносили хорошее – темное, густое, и крепкое. Оно словно бы возвращало меня в прошлое, с каждым новым глотком все дальше и дальше унося в прекрасное далеко.

Cегодня состоялся приветственный пир в честь приезда короля, и леди Старк посудила, что негоже бастарду сидеть за одним столом с королевской семьей. Впрочем, я особо не огорчился. Впервые за долгое время я мог позволить себе напиться вволю, ибо лорд Старк никогда не позволял больше одной чаши вина за ужином.

С моего места на краю длинного стола в самом углу чертога, просматривался весь зал, чьи стены и видать-то не было из-за разномастных знамен. Тут и лев, и олень, и лютоволк, и много других, владельцев которых и память уже не желала вспоминать. Не сейчас, по крайней мере.

Было душно и жарко от люда, набившегося в чертог, словно сельдь в бочку; потолок затянуло дымкой, и зычный пьяный хохот короля Роберта перекрывал все остальные звуки в зале – игры многочисленных музыкантов, гомона толпы, рычания собак, дерущихся из-за бросаемых в углы обглоданных костей.

Когда я впервые увидел Роберта Баратеона, въезжающего в ворота Винтерфелла со всей своей многочисленной разномастной свитой, я поразился: как этот красноносый олух, с животом как полный винный бурдюк, мог вообще когда-то держать молот в руках? Победить Рейегара Таргариена, одолевшего даже Артура Дейна? На него же и доспехи не налезут. Нет, нам явно о чем-то умолчали.