Да и вообще доверять я никому не мог, кроме самого себя. Не мог, и все. Я боялся – и уже не столько за себя, сколько за других. Все те люди, кто хоть немного стали мне дороги, сейчас крайне уязвимы, и погибнут если я просчитаюсь. Даже лорда Эддарда я не решился посвятить в свои намерения.

С другой стороны, все было не так плохо. Я знал про то, каков евнух на самом деле, знал про Юного Грифа, и я был оборотнем. Варис точно не знает о последнем – а если бы знал, то я бы уже не дышал. Стал бы он рисковать, заподозрив меня в магии, принимая во внимание его к ней отношение? Очень вряд ли."

"Первым делом я наотрез отказался уйти на уже готовой к отправке купеческой галее, и приказал вызвать из Белой Гавани корабль и людей Мандерли. Да, именно приказал – хоть я сейчас и находился в крайне непонятном положении, но формально являлся королем – и к счастью, лорд Эддард подчинился.

К нашему общему счастью.

Сие решение я объяснял опаской как за свою царственную персону, так и лорда Эддарда – ныне моря опасны, и без должной охраны лучше не путешествовать, а любимому дядюшке понадобятся должное сопровождение и верные люди на Драконьем Камне. Я сделал ставку на беспокойство за семью, и Варис вроде проглотил наживку… И даже с одобрением воспринял мою вольность, когда я заявил, что высвободившееся время планирую посвятить своему воспитанию. Утверждал, что мудрый правитель слушает советников, учится править, перед тем как надеть корону? Теперь для этого появилась хорошая возможность.

И с этого самого момента я стал медленно и постепенно усыплять бдительность евнуха.

Когда надо было – я внимал. Когда чувствовал, что надо возразить – возражал. Мы вступали в длительные дискуссии политического, экономического и религиозного толка, поднимали злободневные темы и начинали споры об истории стран и государств, и о судьбах людей – знатных и простых, бедных и богатых, злых и добрых, правилах поведения и придворных играх…

Да, я пока плохо разбираюсь в их перипетиях и тонкостях, но основные правила довольно просты. Никому не показывай своих истинных намерений. На лице всегда должна быть маска не тебя настоящего. С языка слетают одни лишь туманные намеки и недосказанности. Всегда держать кинжал в рукаве. Мало ли когда он может пригодиться.

К чести Вариса, надо было признать – человеком он являлся крайне образованным, очень приятным собеседником и умелым психологом. Иногда я даже стал задумываться – а может, зря я к нему так предвзято отношусь, и он ничего не сказал про Юного Грифа, потому что действительно отказался от него в мою пользу?

Позже, и к большому сожалению, я понял, что нет; когда в обличье Призрака был подслушан один прелюбопытнейший разговор между лордом Монфордом и Варисом, в одной из безлюдных частей замка.