- Он поступил, как скотина! И то, что Кирилл сейчас в реанимации, никак не отменяет этого факта.

Вот только говорил он совсем не то, что Наташа вообще когда-нибудь могла предположить. Это ведь его сын. Он должен быть в любом случае на его стороне. Или... не должен? Она совсем запуталась. И снова, не замечая - качалась туда-сюда. Слишком много всего случилось за такой короткий срок. Наташа не успевала привыкнуть. Эмоции одна за другой атаковали сознание и совершенно сбивали с толку. Тут бы кто угодно умом тронулся.

- Нет. Я поеду. Он ведь мой муж. Я люблю его... - прошептала в итоге, ухватилась за эту мысль, как голодный пес за брошенную наземь кость. Да. Она замужем, пусть и не венчана. А значит, навсегда! Навсегда с ним связана. И что бы ни было, она должна чтить своего мужа. Так бы сказал отец Леонтий - настоятель храма, в котором Наташа пела. Нет-нет, на исповедь она не ходила ни разу. Стоило ей только представить, как это могло бы быть - на нее тут же нападал ступор. Но иногда краем уха Наташа слышала, как тот наставлял других прихожанок...

Ей просто нужно с этим как-то справиться. Может быть, даже сделать вид, что она ничего и не знает. Да только как? Если играть она отродясь не умела? Что же так больно, господи?!

Наверное, она плохо старалась! Кирилл был хорошим парнем. Веселым, добрым - он никогда над ней не смеялся и не говорил, что она странная. Наташа тяжело сходилась с людьми, но однажды впустив их в сердце - вычеркнуть уже не могла. Прикипала. Сплавлялась. Как будто корнями врастала. А потому, наверное, могла что угодно простить. Лишь бы только ее не оставили те, кто стал так дорог.

Наташа оправдывала мужа. Видит бог - с ней очень сложно. Не каждый выдержит, и вообще... Она ведь была неправильной. Даже в сексе - все время делала что-то не так. Была слишком навязчивой. Кажется... кажется этим словом Кирилл ее охарактеризовал. Это только кажется, что люди, подобные ей- бесчувственные. На самом деле это неправда. Да, кто-то был асексуален. Наташа читала о таком на каком-то из форумов для людей с синдромом Аспергера. А кто-то, из-за сенсорных особенностей, наоборот, нуждался в таком контакте и получал от него большое удовольствие.

-Тогда собирайся. Я тебя отвезу."

"Наташа кивнула и пошла к себе. В доме Громова ей было все еще тревожно, но гораздо лучше, чем в той же больнице, или в тех квартирах, что они снимали с мужем. Тогда она не понимала, почему они были вынуждены так часто переезжать. Умоляла Кирилла остановиться. Срывалась и плакала. Да... наверное, только она сама виновата в его измене.

Тревожность не отступала, и все силы Наташи уходили на то, чтобы просто не упасть на пол и не заорать в голос. Вот бы Глеб Николаевич удивился. Слава богу, пока у нее получалось держать себя в руках.