С востока возвращалась огромная армия демобилизованных, сметая все на своем пути. Администраторы на местах потерялись, как вдруг из МВД повеял свежий ветер. Петр Николаевич в первую очередь наладил отношения… с государем. Посредником выступил царский любимец Трепов. Будучи дворцовым комендантом, он видел Николая Второго каждый день и имел на него большое влияние. Очень скоро с помощью Трепова Дурново начал бывать в Царском Селе чаще, чем Витте, — и тут же перестал считаться с премьер-министром.
Экзекуционные эшелоны — Меллера-Закомельского с запада и Ранненкампфа с востока — усмирили демобилизованных.
Кабинет Витте плохо помогал своему министру внутренних дел. В январе 1906 года там рассматривался вопрос «Об уголовной репрессии по делам об убийстве чинов войск и полиции и других должностных лиц, падающих жертвой честного соблюдения принятой ими присяги на верность службе».
Тем не менее карательные ведомства под рукой Дурново ожили и заработали на полную силу. Вспышки неповиновения гасли одна за другой. Министр укрепил полицейскую стражу, завел в Москве конную полицию, стал щедро премировать отличившихся лиц: было выдано наградных на общую сумму пять миллионов рублей.
Это заметили на самом верху, и на сановника посыпались милости. Сначала его ввели в Государственный совет — то есть обеспечили достойную старость. 1 января 1906 года Дурново стал полноценным министром и действительным тайным советником. Его любимую дочь Надежду, некрасивую и несветскую, сделали фрейлиной — для Петра Николаевича это была высшая из наград, которой он долго и унизительно добивался.
Старый недруг Сергея Юльевича Горемыкин наметил высший пост для себя. Выборы в Первую Государственную думу оказались для монархии весьма неудачными — в них победили левые. Накануне созыва Думы логично было обновить и правительство. В обществе его давно уже называли «кабинет Витте-Дурново». И, по представлению Горемыкина, государь 22 апреля 1906 года уволил сразу обоих.


















Комментарии
Добавить комментарий