– Лучше глаза разуйте!

Наступила тишина. Из конюшни вышел человек в зеленой брезентовой куртке с накинутым капюшоном и направился к сходке. Все взгляды устремились на него. Как в полном загадок индийском фильме.

– Гля, вроде Черкес, – удивленно воскликнул Медный. Все молчали. По спине Клопа пробежал быстрый холодок.

Человек зашел на веранду, стал рядом с Крестом, и еще до того, как он откинул капюшон, стало ясно, что Медный не ошибся.

– Ну что, сука, не ждал? – Черкес скверно улыбался.

Но Клоп смело встретил его взгляд и слова.

– За суку ответишь!

Крест недовольно поморщился.

– Говори по делу!

– Меня на улице свинтили, прям возле дома, – гладко начал Черкес. – Вроде терпила опознала, а братья ее набуцкали, да ласты закрутили… Только в ментовке оперок молодой, по дури, проболтался: говорит – какие братья, это РУБОП, они тебя спецом искали! А старший у них Лис!

По рядам жуликов прошел шепоток. Это имя было всем хорошо знакомо.

– Тут я и врубился, что это подстава! А кто подставил? Вот он, больше некому! – Черкес указал на Клопа и впился в него ненавидящим взглядом. – Потому что мы с ним недавно бухали и по пьяни я лишнее болтанул. Кстати, на киче и Зема парится. А перед тем с Клопом тер о делах, угон готовили…

– Какой такой угон? – встрепенулся Лакировщик. – Фуфло это. Без меня Зема ничего готовить не может!

– Про угон – правда, – подтвердил Клоп. – Он меня на «Бентли» подписал. Сказал, что хочет в обход тебя дело провернуть…

– «Бентли»?! Да это двойное фуфло! «Бентли» так просто не возьмешь…

– Нет, не фуфло, это хуже фуфла. «Бентли» пригнали, меня за руль затолкали, наручником пристегнули, сфоткали… И повезли не в ментовку, а прямиком в Контору, на Магистральный! И кололи там, с тремя наседками в хате! Ништяк, да?! По случаю выскочил, а проверить это – как два пальца обоссать!

Лакировщик задумался. Все молчали.

– Ты в нору не ползи! – истерично заорал Черкес. – Тебе не Зема предъявляет, тебе я предъявляю!

– А что ты мне предъявляешь? – неожиданно спокойно спросил Клоп. – На чем я тебя спалил?

– Да какая разница! На чем ни спалил – с наседки спрос один!

– Не хочет сказать! – презрительно улыбнулся Клоп и показал на противника пальцем. – А что он скажет? Кто не в курсах – замели Черкеса за полный блудняк. За «мохнатые сейфы»!

Сходняк возмущенно зашумел. Это позорная статья. За нее положено «опускать» – кто бы ты ни был. Дело принимало неожиданный оборот. Одно дело – слово правильного вора, другое – будущего «петуха».

Черкес побледнел и молча смотрел в гладкий, покрытый мозаичной плиткой пол. И каждый миг этого позорного молчания расценивался как признание вины.

– Так, Черкес? – требовательно спросил Крест.