– Это точно, мы Клопа хорошо знаем, и косяков за ним не было, – сказал Север, который вольготно раскачивался в кресле-качалке.

И другие представители старого поколения: Хромой, Медный, Гусь – покивали, подмигнули ободряюще, только Лакировщик и Зевака отводили глаза. Молодняк, вроде Серого, Крота, Худого, не имел многолетней школы дальних северных зон и мыслил по-другому. Для них старый жулик был заскорузлым пережитком прошлого, от которого неизвестно, чего ожидать… Они косились безразлично и даже недружелюбно. Батон смотрел настороженно, Круглый и Стекло, похоже, не определились в своих симпатиях.

Крест обвел собрание внимательным строгим взглядом, качнулся с носка на пятку, чуть заметно кивнул:

– Вот и послушаем его со всем уважением и вниманием!

Клоп встал, поклонился всем уважительно."

"– Благодарствую, общество, что собрались на правильный разбор. А то ведь что получается: прикатывают ко мне два каких-то баклана – Султан да Митек, кидают предъяву, что я Черкеса спалил, да сразу бритвой под горло! Без всякого разбора!

От возмущения и обиды у жулика дрожал голос. Причем очень правдоподобно. Для него единственный выход – доказать свою правоту. Прятаться по шхерам – бесполезняк. Сколько можно прятаться? Год, два, три? Один хрен, найдут и кончат, как падлу. Предательство никогда не забывают. Надо очиститься, снять обвинения. А в этом деле играют роль не только факты, но и игра, недаром хороший вор – это всегда прекрасный артист.

– Надо бы их послушать, – негромко проговорил Лакировщик.

И спросил у Креста:

– Где Султан? Где Митек?

Крест был в курсе дела, но только пожал плечами.

– А вот давайте у Клопа и спросим…

– Смотрите, люди! – Клоп задрал голову, показывая царапину под кадыком. – Они бы мне глотку от уха до уха перехватили, да тут мост лопнул! Эти бакланы теперь рыбу в Дону кормят!

Собравшиеся зашумели.

– Беспредел предъявляет, а сам беспредельничает!

– А чего, надо было ждать, пока его кончат?

– Молодец, Клоп, шустрый, сразу двоих завалил!

– Дело ясное, что дело темное…

Но тут Лакировщик поднялся со своего стула, поднял руку, громко выкрикнул:

– Ша, пацаны! Слушай сюда!

Гомон стих.

– Я не пойму, мы что, собрались одного Клопа послушать? Да что он – Петросян? Я его слушаю, и мне не смешно! Или он святой? Он нам говорит, а мы ему верим! Нет, на правильном разборе каждая сторона за себя ответ держит! Он одно слово сказал, а кто второе скажет? Чтобы мы выбрали – кому верить?

– Пра-пра-виль-н-н-но! – поддержал его Зевака. – Н-н-на-д-д-до д-д-д-ру-гих пос-с-лу-у-ш-ш-ать…

Серый и Худой рассмеялись.

– Тихо! – прикрикнул Крест, тыкая пальцем в телефон. – Теперь послушаем Черкеса…

– Кого?!

– Где он, этот Черкес?

– Он же на киче парится…

– Кончай базар, – раздраженно выкрикнул Север.