Но у меня не было твоего.

— А ты не мог вернуться несколько дней назад? Ну, знаешь, до дня свадьбы?

— Ты знаешь, сколько дерьма мне пришлось решить за неделю, Рори?

— Например?

— Например, назначить нового генерального директора для моего бизнеса, продать мою лондонскую квартиру. Полностью перевернуть свою жизнь и переехать в Дьявольскую Яму, — его челюсть напрягается. — Кроме того, я сделал крюк в Сан-Франциско. У меня там было… незаконченное дело.

Я киваю, медленно осмысливая все это.

— Но ты ненавидишь Дьявольскую Яму.

Его взгляд застывает на стекле."

"— Но я не ненавижу тебя.

Мой пульс бьется как барабан, и я прислоняюсь к холодному окну в попытке остыть. Пока мы огибаем холм, я наслаждаюсь слишком знакомым запахом машины, коктейль из лосьона после бритья и кожи, это, безусловно, он. Я вдыхаю все это, кайфуя, как от наркотика.

Мы поднимаемся на вершину холма, и я с удивлением вижу, что в доме так же оживленно, как и в особняке в Бухте, но сегодня здесь определенно не планируется свадьба.

Или я ошибаюсь?

Несмотря на неизвестное потрескивание в воздухе, похожее на статические разряды, в моем сердце мерцает надежда. Но когда я бросаю взгляд на Анджело, он кивает здоровенным мужчинам, выходящим из дома.

— Люди Габа. Они пробудут здесь некоторое время, по крайней мере, пока мы во всем не разберемся. Хорошо?

— Хорошо.

— Габ позаботится о твоей безопасности. Мне нужно, чтобы ты делала все, что он говорит, пока я не вернусь.

Я резко оборачиваюсь.

— Вернешься? Куда ты?

Выражение его лица мрачнеет.

— Сказать Альберто, чтобы он не ждал, что ты сегодня пойдешь к алтарю.

Ужас закрадывается в мою грудь.

— Нет, — бормочу я, накрывая его руку своей. — Останься со мной. Хотя бы, на сегодня? Он скоро сам все поймет.

Его ухмылка холодная, расчетливая. Порочная. Самая темная часть меня хочет зажать ему рот и вдохнуть все это.

— Это не единственное, что мне нужно ему сказать, малышка.

При мысли о том, что Анджело войдет в особняк в Бухте и объявит, что он украл меня и хочет вернуть Дьявольскую Яму, у меня сводит живот.

— Разве тебе не следует взять Габа с собой? Просто на всякий случай?

Раздражение искажает его черты.

— На случай чего? Ты думаешь, я не справлюсь с этим?

Я знаю, что он справится с этим. Возможно, Анджело последние девять лет шел по правильному пути, но я никогда не встречала человека страшнее его. В нем царит тихий ужас, он исходит от него, как звуковой сигнал, когда он входит в комнату, и от этого воздух молниеносно меняется.

Он был воспитан как мужчина мафии, но ему было суждено стать королем.

— Поцелуй меня.

Его взгляд инстинктивно опускается к моим губам.

— Что?

— Мне всегда было интересно, каково это — целовать тебя, с тех самых пор, как ты пришел на тот первый ужин в пятницу вечером.