Там мой «Роллс-Ройс» погрузили в трюм яхты «Штандарт», которая доставила всех в Уккосаари, небольшой причал неподалеку от современной Торфяновки, погранперехода через советско-финскую границу, но на территории сегодняшней Финляндии. Граница теперь проходит по этому заливу. Там находился загородный дом Александра Третьего, в котором прошло детство Николая Второго. И каждый год его семейство приезжало в эти места. Официальный повод от меня довольно долго, целых пять дней скрывали. Оказывается, Адмиралтейств-совет представил меня к званию инженер-контр-адмирал, и эта самая Аликс решала, «удовлетворять» ходатайство или нет.

Утром на следующий день, как мне были вручены новые погоны с аксельбантами, я отпросился в Питер, «переодеться», и назад более не возвращался. «Штандарт» ушел в Ригу и встал на ремонт, дел было выше крыши, а гонять полдня мячик на корте – это не для меня. Почти сразу поступили деньги и распоряжение построить 10-местную летающую лодку повышенного комфорта для императорской семьи. В авиацию поверили.

Глава 9. Положение генералов в России 1913 года"

"Вместе с эполетами, а они похожи на крылышки на плечах, прилетели бумажки, бумаженции и бумажищи.

Кроме того, появилась целая свора адъютантов. Отдел есть «отдел», никуда не денешься. Целых два кабинета, правда по соседству. Один в Адмиралтействе, он – главный, второй – в Генштабе, который решил, неожиданно для себя, что воздушная разведка – это и их ипостась, и выделил для этого еще один отдел. Флот и армия, как почти во всех странах мира, мирно не уживались и соперничали между собой. Я же пока являлся уникальным специалистом по подготовке кадров и разработке средств ведения этой самой разведки. Заодно этот кабинет стал местом общения между флотом и оперативным отделом Генерального штаба, который приступил-таки к разработке Восточно-прусской операции. Времени оставалось в обрез, поэтому четверо пилотов, под командованием штабс-капитана Нестерова, пересели на модернизированные «Фарманы-HF-14», имевшие какой-никакой кокпит и оборонительный пулемет, и приступили к фотографированию и картографированию приграничных оборонительных сооружений в указанном районе. После СКМ-1 и СКМ-2м, это были «летающие метлы», но выдавать себя противнику – себе дороже. Ежедневно поездом все снимки отправлялись в Петербург и попадали как раз в тот самый кабинет в Генеральном штабе. Не без приключений! Посылочками заинтересовалась немецкая разведка, которая, под видом ограбления, попыталась завладеть одной из таких посылок. К счастью, слежку за собой заметил один из курьеров мичман Ваксмут, который сообщил про это своему непосредственному начальнику инженер-механику мичману Звереву.