Видимо, он решил помириться – принялся тереться о Ленины ноги. Маркиз почесал его за ухом, и кот уютно заурчал – он почувствовал в Лене настоящего котовладельца со стажем.

– Надо же, как к тебе Пушок-то ластится! – проговорила Фекла Федоровна, наливая Лене чай в большую чашку с красным петухом. – Видать, понравился ты ему! Он в людях-то разбирается. На Витьку-то все больше шипит…

– На Витьку? – переспросил Леня. – А кто это такой – Витька?

Старушка поняла, что снова сболтнула лишнее. Она поперхнулась чаем, испуганно покосилась на Леню, потом почему-то на кота и придвинула Маркизу конфетницу, в которой лежали простые сушки и дешевые карамельки в полосатых фантиках.

– Ты угощайся, сынок… – забормотала она, стараясь не встречаться с Леней глазами. – У меня сушек много, мне Виктор еще принесет…

– Мне как-то неудобно… – проговорил Леня, отпивая чай. – Я к вам с пустыми руками… а эти карамельки вы, наверное, из Козловска привезли? Здесь я таких не видел…

– Оттуда, – подтвердила бесхитростная старушка.

 – Я их у Татьяны покупала, которая напротив почты… Два кило взяла… впрок…

Она снова испуганно взглянула на гостя.

– А давно вы из Козловска переехали? – продолжал Маркиз расспросы.

– Да уж больше полгода… – вздохнула Фекла Федоровна, не в силах дальше соблюдать конспирацию. – Ты, сынок, Виктору-то ничего не скажешь? Он мне не велел никому ничего говорить, а я тут с тобой разболталась… заругает он меня!

– Да что вы, бабушка! – успокоил ее Леня.

 – Да я же Виктора знать не знаю! В жизни его не видел! Где я его встречу-то? Не беспокойтесь, он ничего не узнает!

Фекла Федоровна тяжело вздохнула. Она посмотрела на Пушка, который уютно устроился на руках у Лени, и заметно успокоилась. Она решила, что раз кот доверяет этому симпатичному мужчине – значит, и она может поговорить с ним по душам.

А поговорить ей очень хотелось – ведь она целыми днями сидела в этой большой неуютной квартире, где единственным ее собеседником был Пушок.

– У нас-то в Козловске люди лучше, – выдала она выстраданное и обдуманное жизненное наблюдение. – У нас люди душевнее, а здесь никому друг до друга нет дела!

– А что же вы сюда переехали? – поинтересовался Маркиз."

"– Да я бы ни в жизнь не переехала! – воскликнула Фекла Федоровна. – У меня там домик был такой хороший, садик, в садике мальвы цвели, душистый горошек, гвоздика турецкая – красота! А только приехала ко мне Тамара, племянница моя.