А вот разная мелкая дрянь, привычная и не к таким условиям в своём мире, нашла пристанище среди бескрайних песков, потихоньку приспосабливаясь и поначалу охотясь за такими же иномирными порождениями, проредив таким образом их количество. Как оставшиеся выживали, никто не знал, и желающих изучить рацион этих странных животинок до сих пор не находилось. Все ждали, когда те вымрут сами, но пока опасные твари исчезать не торопились, а Великая Пустыня надёжно разделяла две страны с восточной стороны."

"Вот так и получилось, что охранять приходилось небольшой отрезок границы, где стекающие с высоких скал горные речки заставляли отпрянуть пески.

В живописной долине, полого спускавшейся в сторону пустыни, ощетинился крепостными стенами городок Южный, давно стоявший заставой на пути у воинственного соседа. Он располагался на полпути от гор к пустыне: в обе стороны скакать пришлось бы от двух до трёх часов, в зависимости от резвости лошади. И то только потому, что путь преграждали речушки, да и холмистый рельеф не предполагал прямых дорог, приходилось петлять. Чем ближе к пустыне, тем глаже становилась местность и прямее дороги. Но тем осторожнее приходилось ехать, чтобы успеть заметить выбравшуюся из песков оголодавшую пакость.

В общем, если смотреть по карте, городок был немного ближе к горам, а если измерять расстояние временем на дорогу, то получалось, что он вроде и посередине. Но главное во всей местной географии — с охраной границ справлялось не очень большое войско. Сейчас под началом у Арвендуса находилось всего десять сотников, то есть примерно тысяча воинов. Еще столько же оставалось в резерве, в городке, где расположилась Академия Магии Дигниссии.

До города Бонкарт, где и находилось учебное заведение, можно было добраться часа за четыре на резвой лошади.

Раз в полгода отдохнувшие сменяли тех, что несли дозор в Южном. Да и юных магов присылали на практику, чтобы поняли разницу между студенческой вольницей и строгим порядком, что царил у военных. Арвендус ради такого дела устраивал показательные тревоги, после которых многие из юношей щеголяли выбритой полоской от затылка до самого лба. Так отмечали “погибших”, добравшихся к месту сбора позже остальных, или решивших схитрить и не ставших надевать защитную одежду, чтобы таким образом уложиться в положенное время.

“Счастливчики” предпочитали подравнять прическу и выделялись какое-то время смешными короткими ёжиками. Но обладатели длинных шевелюр радовались недолго. Большинство из них бывало “убито” в первых же тренировочных боях с настоящими воинами. Почти все выпускники Академии успевали побыть “ёжиками”, отчего и обзаводились потом при первой возможности длинными волосами, которые лишь изредка подравнивали.