– Кажется, мы закончили с этим делом, – сказал Ксейден, глядя на Сури и Ястребиного Носа, сгорбившихся под тяжестью поражения в споре.

– Надеюсь, утром у меня будут новости о Золии, – подвел итог Бреннан. – А текущее заседание Ассамблеи закрыто.

Члены совета встали из-за стола, отодвинув кресла, и один за другим прошли мимо нас. Имоджен и Боди стояли по обеим сторонам от меня, будто охраняя.

Ксейден тоже зашагал к выходу, но остановился передо мной:

– Мы направляемся в долину. Присоединяйся, когда закончишь тут.

– Я пойду с тобой.

Пожалуй, это последнее место на Континенте, где мне хотелось бы остаться без Ксейдена.

– Останься и поговори с братом, – тихо проговорил он. – Кто знает, когда представится следующий шанс.

Я посмотрела поверх плеча Боди и увидела Бреннана посреди зала. Он стоял и ждал меня. Бреннан, всегда находивший на меня время, когда я была ребенком: утешавший, бинтовавший колени… Бреннан, оставивший дневник, благодаря которому я выжила на первом курсе. Бреннан… по которому я так скучала шесть лет.

– Иди к нему, – сказал Ксейден. – Мы не улетим без тебя и не позволим Ассамблее диктовать нам, что и как делать. Мы решим это вместе, ввосьмером. – Он посмотрел на меня долгим взглядом, от которого предательски сжалось сердце, а затем ушел прочь. Боди и Имоджен последовали за ним.

А я повернулась к брату, вооружившись длиннющим списком вопросов.

Глава 2

Именно долина над домом семьи Риорсон, согреваемая природной тепловой энергией, является его главным достоянием. Ведь там зародился драконий род Дубхмадинн, из которого происходят два величайших дракона нашего времени – Кодаг и Тэйрн.

Полковник Каори. Полевое руководство по драконамЯ затворила высокую дверь и направилась к Бреннану. Уж наше «собрание» было точно не предназначено для широкой публики.

– Ты наелась?

Он сидел на краю стола, точно так же, как делал в детстве. Эта поза была настолько… его, что невозможно было отвести взгляд. А что касается вопроса, то его я начисто проигнорировала.

– Так что, именно здесь ты провел последние шесть лет? – Мой голос дрогнул, почти сорвался.

Я была так рада, что Бреннан жив. Это единственное, что сейчас имело значение. Но я также не могла забыть о тех годах, когда горевала по нему. Когда он позволил мне горевать о нем.

– Да. – Его плечи опустились. – Прости, что заставил тебя поверить в мою смерть. Это был единственный выход.

И мы оба неловко замолчали. Что я должна была ответить на это? «Все в порядке, да вот только не совсем»? Я так много хотела ему сказать, о стольких вещах расспросить, но эти годы, проведенные врозь… их ведь не скинуть со счетов. Мы оба стали другими людьми.

– Ты выглядишь иначе. – Бреннан грустно улыбнулся.