Я говорила и рисовала, выходило не очень разборчиво, всё же это не лист бумаги. Закончив разъяснять, выпрямилась и посмотрела на орка. Кеску стоял, как громом поражённый, в его глазах разгорался ничем не прикрытый восторг. В тот момент я ещё не знала, как чертовски мне повезло с этим разумным. Но вскорости убедилась, что в моей деревне живёт гениальный мастер. Ну а его фраза:

– Хозяйка! Это же так просто! Почему я раньше не додумался?! – сказанная чуть севшим от переполнявшего его волнения голосом, подсказала, что кузнец прекрасно понял, о чём я, и уже прикидывает варианты, с чего начать.

Глава 12"

"Перед сном я выпила настойку мадмэ Нанни, горькую, отвратительную на вкус. Я пила и кривилась, внушительных размеров кружка, практически пивная, на тот момент казалась мне бездонной. Признаюсь, осушить отвар за один присест не смогла, ""растянула удовольствие"" на три захода. На последнем ""этапе"" меня страшно мутило, но запить или заесть мерзостный вкус чем-то приятным строго запрещалось.

Через полчаса пришла эльфийка, ровно в тот момент, когда пустой сосуд глухо стукнулся об столешницу. Будто за мной подглядывала.

– Как долго я должна буду пить эту гадость? – спросила я первым делом, сама прилегла и положила руку на ноющий желудок. – Я умру раньше от этой настойки, чем от зубов какого-нибудь вампира, – последнее слово буквально простонала, на лбу выступила мелкая испарина.

– Завтра размер порции значительно сократится, каждый день в течение недели объём будет всё меньше и меньше, – ободряюще, но глядя на мои мучения с жалостью, ответила Нанни. – Так нужно, госпожа, без этой настойки принять дар сложно, от грядущей перестройки организма будет рвать всё тело, так и свихнуться недолга. И не вздумайте бежать в уборную, чтобы опорожнить нутро, – предупреждающе сказала она, видя мои мысли, красной строкой бегущие по взмокшему лбу.

– Угу, – только и смогла вытолкнуть. Мадмэ подошла к моей кровати и заботливо накрыла меня пледом.

– Попробуйте поспать, поверьте, через некоторое время попустит, тошнота сойдёт.

Ключница, погасив лампадку, ушла, оставив меня одну.

Я прикрыла глаза. Придётся вспомнить уроки дыхательной гимнастики, есть шанс, что поможет.

Сосредоточилась на дыхании, в итоге почувствовала, что действительно полегчало, комок в горле рассосался, спазмированный желудок расслабился. И я всё-таки забылась сном.

Говорят, во сне невозможно увидеть себя или своё отражение. Но я, откуда-то зная, что сплю, гляделась в зеркало. Пристально так, будто хочу рассмотреть собственную изнанку.

Минута, вторая – и вот зеркальная гладь пошла рябью, подёрнулась сероватой дымкой, и я, стараясь не закричать от страха, уставилась на череп! Мерцающий зеленоватыми всполохами, с горящими красным глазницами.