– Как выйдете из церкви, идите направо по улице до конца, дом старосты на окраине, у него самое большое жильё, – подсказал дорогу священник и я, поблагодарив его, встала со скамьи. Раскланявшись с церковником, не спеша побрела в указанную сторону.

Солнце светило ярко, в соседнем лесочке пели птицы, изумрудная листва радовала глаз, тут и там деловито сновали куры, к заборам были привязаны козочки, медленно жующие сочную траву, где-то слышалось ржание лошадей и похрюкивание поросят, благо свинки не бегали по дорогам, и вообще улочки явно кто-то подметал – ни одной навозной кучки так и не встретилось.

Люди и нелюди, встречавшиеся по пути, вежливо кланялись и несмело улыбались, кто-то говорил слова соболезнования, я останавливалась и непременно перекидывалась парой слов. А в голове не укладывалась мысль: отныне я помещица с крепостными. Ну вот, что это? Как себя с ними вести? Потому решила быть самой собой.

Дом старосты и кузнеца в одном лице внушал уважение: каменное строение выглядело громоздким и самым большим зданием из всех, что я видела в деревне.

Одна часть приходилась на жилую, где обитала семья Кеску, вторая являлась непосредственно кузницей, из её мощной трубы к синему небу вился тёмный дым."

"Не успела я подойти к калитке, на порог дома вышла высокая орка, красный цвет лица нисколько не портил её природную, дикую красоту. Длинные тёмные волосы заплетены в тугую косу и убраны под светло-серую чистую косынку. Женщина уже успела переодеться после службы и поминальной трапезы в простое широкое платье до середины икр – наверняка ей в таком балахоне куда удобнее и ничто не сжимает внушительный живот. Лавви была на восьмом месяце беременности, ждала второго малыша.

– Хозяйка! – широко улыбнулась она, сверкнув небольшими белоснежными клыками, что торчали из её нижней челюсти. – Проходите! Вы к Кеску? Может, холодного медового взвара?

– Спасибо, не откажусь, – улыбнулась я.

– Заходите в дом, – она было открыла входную дверь, но я её остановила.

– Если не затруднит, можете принести в кузню?

– Конечно, вы тогда идите вот по этой дорожке, за угол дома свернёте, там и вход в кузницу. А я сейчас, быстро обернусь!

Благодарно ей улыбнувшись, шагнула на мощённую камнем тропинку. Подсказка Лавви была вовсе не нужна: гулкий грохот молота по наковальне и звон металла о металл недвусмысленно намекали, куда следует идти.

Дверь в святая святых Осьёна была широко распахнута, и, стоило мне приблизиться к проёму, как на меня дохнуло жаром раскалённой печи и запахи плавящегося железа вперемешку с ароматами жжёной древесины.