"

"До подъезда оставался всего лишь шаг. Чертанов невольно напрягся, осознавая, что от его решения зависит жизнь человека. Подтолкнув молодого мужчину в дверь, Герасим вошел следом за ним, бросив через плечо короткий взгляд во двор.

Нужно обождать совсем немного. Раз, два, три… Теперь пора!

— Половцев, твое слово! — крикнул по рации Чертанов.

Дверца микроавтобуса, вжикнув, откинулась в сторону, и из нее один за другим выпрыгнули четыре человека в бронежилетах и с автоматами наперевес. Первым в подъезд вбежал Половцев. Чертанов услышал отчаянный крик, глухой удар, а следом второй вопль, куда более страшный, как будто заплечных дел мастера вытаскивали из мученика жилы.

Прозвучал громкий протестующий крик, который тотчас оборвался. Впрочем, ничего удивительного нет. Парни у Евгения Половцева очень серьезные, наверняка один из них сунул говоруну в рот пропахший порохом ствол и заставил его жевать. Весьма эффективное средство против крика.

Герасим с молодым мужчиной лежали рядышком, как и шли. Половцев, взяв Герасима за шкирку, поднял его одним рывком, не обращая внимания на треснувшую ткань.

Другой собровец оперативно похлопал его по карманам.

— Ничего, товарищ капитан.

— Ладно, без нас разберутся.

— А его-то зачем? — Чертанов показал на поверженного молодого мужчину. — Ведь предупреждал!

— Ребята молодые, увлеклись, — виновато произнес Половцев.

На лице Герасима отразился нешуточный страх. Расширенные от ужаса глаза напоминали начищенные полтинники. Чертанов невольно улыбнулся подобному лицедейству — умеет играть, стервец! На лице второго выразилось явное облегчение. Первый шок прошел, во взгляде появилась осмысленность, теперь он понимал, что его никто не собирается убивать.

— Собственно, что происходит? — спросил он, поднявшись и попеременно переводя взгляд то на Половцева, то на Чертанова. — Налетели, как коршуны, сбили с ног! У нас демократическая страна или какая-то хунта?! — с вызовом спросил он, вконец оправившись.

«Полилась горячая вода», — мысленно хмыкнул Чертанов. Очевидно, мужчина из неистребимого племени правдолюбов, из тех самых, что у памятников размахивают штандартами и, брызжа слюной, выступают с трибун.

Завалит теперь родную контору жалобами. С такими типами следует быть поделикатнее.

— На вас нападал этот человек? — Чертанов показал на Герасима.

И по тому, как тот удивленно вскинул брови, почувствовал всю абсурдность своего вопроса.

Вновь промахнулся, а следовательно, придется начинать все сначала.

— О чем вы говорите?! — запротестовал молодой мужчина. — Он мне принес деньги.

Чертанов выглядел обескураженным.

— Это правда? — спросил он у Герасима.

— Правда, — испуганно ответил Герасим.