– Вот именно. Час назад у Рагиной был гость. Отгадай, кто?

– Откуда мне знать?

– В гостях у нее был мой преемник – Ларионов, начальник охраны твоего любимого Деда.

И знаешь, что забавно: он явился к ней под видом водопроводчика. Даже водки хлебнул для целостности образа. По крайней мере, несло от него, как от настоящего водопроводчика.

Мысли в моей голове путались Я зачем-то схватила Сашку и заметалась с ним по комнате.

– Олег, как ты думаешь, что происходит?

– Ее провоцируют, – вздохнул Лялин. – И как видишь, их старания увенчались успехом. Нервы у бабы не выдержали, теперь они уверены – ей что-то известно. Теперь она становится мишенью. Я отзываю своих ребят.

– Подожди…

– Нет. Одно дело присмотреть, другое – лезть под пули. Все, – сурово закончил он и отключился.

Я тут же позвонила Вешнякову.

– При чем здесь Ларионов? – жалобно спросил он, выслушав мое сообщение. – Зачем он к ней поперся? И почему она психанула?

– Об этом лучше спросить у нее. Состояние Вешнякова мне было понятно, у самой в голове ни одной дельной мысли.

– Думай, что делать.

– Что делать, что делать, – возмутился он. – На вокзал ехать. Поезд на Москву через полчаса, глядишь, успеем.

– А дальше?

– Да не знаю я, что дальше, – разозлился он. – Давай на вокзал.

Матерно выругавшись, я бегом спустилась в гараж. Едва я выехала на проспект, как раздался звонок на сотовый."

"– Ольга Сергеевна… – Голос звучал так, точно женщина бегом поднималась в гору.

– Где вы? – испуганно спросила я.

– Я… я хочу уехать. В Москву… У меня там никого нет, и мама больна… Господи, что ж мне делать-то?

– Успокойтесь. Идите в ресторан, сядьте за столик, закажите что-нибудь. Я буду через двадцать минут. К вам может подойти мужчина. – Я коротко описала, как выглядит Вешняков. – У него есть телефон, пусть он мне перезвонит.

Я набрала номер Артема.

– Она только что звонила. Ждет в ресторане. Должна ждать, – поправилась я.

– Понял.

В ресторане железнодорожного вокзала были заняты все столики, я быстро оглядела зал. Вешняков с Ниной Рагиной сидели в центральном ряду, Вешняков улыбался и держал руку на ее ладони. Нине было тридцать, но сейчас я бы легко дала ей все сорок. Лицо землистое, взгляд затравленный, руки дрожат. Она увидела, как я подхожу к столу, судорожно облизнула губы и сказала:

– Здравствуйте.

– Здравствуйте, – кивнула я, устраиваясь с ней рядом. – Нина Михайловна, что произошло? – спросила я.

– Сегодня?

– И сегодня тоже. Начнем по порядку. С убийства Игнатова.

Она долго смотрела на меня, потом перевела взгляд на Вешнякова. Он пожал ее руку, и она решительно кивнула.

– Хорошо. Мама заболела, и я отпросилась у Лили, у хозяйки, на весь день. Она была не очень довольна, хоть вида не показывала, но я поняла. Вот и осталась в тот вечер допоздна.