Старая императрица решила поддержать повстанцев, она подумала, что их руками сумеет приструнить зарвавшихся иностранцев, сумеет заставить их платить большие налоги в казну и класть больше денег в ее собственный карман. Или просто сумеет прогнать их из Китая и вернуть старые добрые времена, когда маньчжурские правители безраздельно правили огромным народом.

Почувствовав поддержку власти, ихэтуани начали громить принадлежащие иностранцам дома и лавки, разрушать христианские церкви, убивать торговцев и миссионеров.

Характерно, что первой жертвой восставших стал не европеец, а японец, сотрудник японского посольства, такой же, как сами повстанцы, представитель желтой расы: в глазах китайцев он не был человеком вообще и ничем не отличался от европейцев, которых они называли красноволосыми дьяволами.

Ихэтуани были в своей массе очень плохо вооружены или совсем не вооружены, основным их оружием были старинные китайские боевые искусства, которыми они владели в совершенстве, поэтому европейцы назвали это восстание боксерским, а самих повстанцев – боксерами. Вместе с восставшими против иностранцев по приказу императрицы выступили правительственные войска."

"Однако иностранцы не захотели покидать Китай без боя, они решили защитить свою собственность и свои интересы. Первыми ввели войска в Китай немцы и русские, позднее к ним присоединились американцы, англичане, французы и японцы.

Вожди ихэтуаней убедили своих сторонников, что владеют могущественной магией, благодаря которой защитники древней добродетели неуязвимы для европейских пуль – и ихэтуани бесстрашно бросались в бой на иностранных солдат, вооруженные только камнями, палками и восточными боевыми искусствами.

Однако в первом же бою выяснилось, что древняя магия абсолютно бессильна против винтовок системы «Маузер», пулеметов «Максим» и даже простых трехлинейных винтовок, состоявших на вооружении русской армии. Несмотря на то, что численность восставших более чем в сто раз превышала количество их противников, ихэтуани терпели одно сокрушительное поражение за другим, несли страшные потери и отступали перед войсками союзников.

Вскоре часть ихэтуаней разбежалась по домам, а оставшиеся вместе с императорскими войсками отступили к Пекину.

Союзная армия осадила древнюю императорскую столицу.

Тут старая и хитрая императрица, которая всегда умела вовремя присоединиться к сильному и которая к тому же начала бояться слишком рьяных ихэтуаней, приняла сторону иностранцев и объявила повстанцев вне закона.