Что это?

Не в силах лежать, я, встав с кровати и убедившись, что поблизости нет охраны, дошел до местного туалета. Сделав свои дела и вернувшись обратно, я достал из кармана сигарету, которую выпросил у Вадика, и, подойдя к железной дороге, начал смотреть в глубь тоннеля.

Из темной пещеры тянулся влажный теплый воздух с привкусом металла и болотной жижи. За то время, что я нахожусь в этом крыле, сюда не въехала ни одна вагонетка, кроме той, на которой привезли Вадика. Интересно, как далеко до выхода?

Я докурил сигарету и бросил окурок в тоннель, оранжевая точка на секунду мелькнула в темноте и исчезла.

Немного постояв, глядя вглубь, я поймал себя на мысли, что здесь больше никого. Точно, я один, никто не наблюдает за мной, бери и беги, прямо сейчас, такая темень, разве кто-то найдет меня в ней? Но а как же лабиринт? Даже если каким-то чудом я смогу добраться до него, то там-то уж точно заплутаю.

Я постоял еще немного, а потом, отмахнувшись от рискованных мыслей, вернулся обратно к камере. На секунду я заглянул к Вадику – тот лежал, отвернувшись к стене, судя по всему, дрых без задних ног.

Я взглянул на телефон, висящий на стене.

Такое ощущение, что меня специально подселили поближе к нему, чтобы тот соблазнял своим видом и постоянно напоминал о том, что всего несколько шагов и нажатий на клавиши, и я смогу поговорить с Алиной, но я понимал – не стоит проверять удачу на прочность.

* * *На следующий день мы продолжили работать. Кажется, Вадик начал втягиваться, так как у него стало получаться лучше. Но это уже не имело значения – я решил, что стоит попробовать схалтурить, вдруг эта идея сработает, и у них не будет другого выхода, кроме как выгнать меня.

Я решил, что если косячить слишком часто, мой план будет слишком очевиден, – пусть все будет выглядеть как случайность, рассеянность.

Одну камеру мы сделали на пять с плюсом, а во второй я начал уже лажать, то тут не доделаю, то там пропущу.

Дело сделано, остается дождаться результата. Обычно за мной проверяют после выполнения определенного объема, поэтому я предложил Вадику ускориться, и тот нехотя меня поддержал.

Мы пообедали. Вадик любезно поделился со мной очередными красочными историями из своей жизни, задавал вопросы о тюрьме, жене, о том, как я здесь оказался, но я был краток, и поэтому разговор был скорее односторонним.

Вернувшись на место, мы начали перетаскивать инструмент к следующей камере, я схватил аппарат и оттащил его в сторону, как вдруг из камеры послышался голос Вадика:

– Олег, слушай, а чего ты тут участок пропустил?

«Блин, кто тебя просил». Я поставил аппарат и вернулся обратно в законченную камеру, где увидел Вадика, пялящегося на тот участок, где я оставил сюрприз для проверяющих.

– По ходу, проглядел, спасибо, – ответил я сквозь зубы.