Симпатичная блондинка в строгом костюме, без всяких там «под старину», осведомляется, ожидают ли нас, но мы уже нашли глазами Клима за столом справа, у стены. Спасибо, девушка, нас таки ожидают.

Клим, разумеется, пришел не один. Кроме «пострадавшего» Шустрого за столом на «блатной» стороне сидит темноволосый крепыш с легкой монголоидностью физиономии. Светлая рубашка с короткими рукавами открывает могучие лапищи, в которых пивная кружка кажется совсем маленькой. Наколки тоже присутствуют в ассортименте. Силовая поддержка типа? Кстати, интересно – что в прошлый раз Клим был без кобуры, что сейчас.

Не уважает огнестрел? У Шустрого в «Мулен Руж» я кобуры тоже не заметил, а сейчас и не разглядишь – он у стены сидит, туши других урок его закрывают. Но вот у крепыша кобура точно есть, выглядывает из-под рубашки.

– Пришел?

Молча киваю. А то, блин, не видно.

Взгляд голубых глаз блатного перешел на Пашу. Тот, впрочем, нисколько не смутился, молча отодвинул стул и сел. Клим хмыкнул и приступил к делу, сразу беря быка за рога.

– Ну что, вину признаешь свою? Человека… э-э… братан, я не понял, ты сюда позвонить зашел или че?

Паша, которому и адресована недовольная реплика, не обратил на нее ни малейшего внимания.

– День добрый. Ага, на месте. Передаю трубку. – С этими словами новоросс протянул телефон Климу через стол. Урка посмотрел на мобильник с явным подозрением.

– Кто это?

– Ну так ты трубку-то возьми и узнаешь. Или телефона боишься? – В голосе Паши, обычно сипловато-равнодушном, проскользнула ирония. Клим зло фыркнул и протянул руку к мобильнику.

– Слушаю.

– …

– Сильвер, приветствую.

Оба подручных блатного синхронно взглянули на старшего: видимо, «Сильвер» им о чем-то говорит. На лице самого Клима удивление стремительно переходит в злость.

– Сильвер, да этот фраер…

– …

– Не, ну ты пойми, он же…

– …

– Я услышал. Да.

– …

– А че так ма…

– …

– Как скажешь. Да.

Уголовник завершил разговор, несколько секунд поиграл желваками, явно пытаясь успокоиться, после чего со злостью запустил телефон по столу в нашу сторону, где Паша его и подхватил плавным и очень быстрым движением. Я вот так не смог бы.

«Напарник», повернувшись ко мне, сделал жест, будто что-то выкладывает на стол. Лезу в сумку, достаю заранее приготовленную пачку экю, кладу на середину стола.

Клим брезгливо смотрит на деньги, зло выдыхает и переводит взгляд на Пашу:

– Десять тысяч – мало! Этот фраер Шустрого при людях послал и ударил! За такое…

Голос «водителя газенвагена» совершенно равнодушен и невыразителен:

– Не согласен – позвони Сильверу. Скажешь, что его слово неправильное, ты здесь теперь сам решаешь.