Так вот – здешние рогачи хоть и поменьше северных, но взрослые самцы весят за три тонны, а то и под четыре. Самки почти вдвое меньше, но тоже «внушают». Главное же их отличие от северных собратьев – эти сбиваются в какие-то совершенно бескрайние стада, по нескольку сотен голов в каждом, и каждое стадо движется не само по себе, а в какой-то сложной структуре. Не знаю, возможно, это у них только на время миграции, но попадаться на пути такого стада нам не хочется совершенно. Особенно с учетом того, что у них сейчас еще и брачный период начинается, так что самцам тестостерон бьет в мозг со страшной силой. А потом они с той же силой бьют по всему, что недостаточно проворно убегает.

Через пятнадцать минут вновь поступает команда на остановку. Облегченно падаю пятой точкой на траву. Устал. Пару секунд подумав, прикладываюсь к фляжке и делаю глоток воды. Особого толка от нее не будет, конечно, мигом выйдет с потом, но очень уж захотелось. Что, уже встаем? Млять. Сократить дистанцию, перейти на бег? Три раза «млять»! Что творится-то?!

Через минуту, постепенно втягиваясь в новый темп, получаю ответ и на этот вопрос – справа, из-за полоски высоких кустов, сминая их на ходу и втаптывая в сухую землю, появляется еще одно стадо рогачей. Миша хочет нас между ними провести, что ли, пока они не соединились? Ну ладно, пробежимся. Надеюсь, не слишком долго.

Левый берег Гискара, восточнее турецкого поселения

Э-э-фуф! Э-э-фуф!

Наша давно уже сбившаяся в кучу цепочка останавливается, и я немедленно сгибаюсь, уперевшись руками в колени, судорожно втягивая воздух и с трудом одолевая приступ тошноты. Блин, как же мне хреново-то, а… впрочем, судя по задыхающимся хрипам вокруг, остальным если и легче, то ненамного."

"Последние полтора часа мы потратили в бесплодных попытках проскочить между стадами рогачей. Бросок, короткий «отдых» быстрым шагом, еще бросок… Чуть не сдох. Ну да еще не вечер, и чертовы зверюги вокруг пока только прибывают в количестве.

Немного отдышавшись, прислушиваюсь к разговору. Саня и Миша крутят головами на триста шестьдесят градусов, пытаясь найти выход. Фролову, кстати, еще хуже, чем мне, приходится, с его-то ногой. Лицо искажено от боли, но темп держит, молодец.

Миша пересохшими губами машинально имитирует сплевывание.

– Не, Сань, не проскочим! Смотри, они сходятся уже!

Он показывает рукой на два стада в четырех сотнях метров слева, постепенно сближающихся друг с другом. Самцы, возбужденные видом соперников, с гневным ревом поднимают к небу четырехрогие головы.

Саня, в очередной раз поморщившись от боли в ноге, неохотно кивает:

– Ладно.