Сколько усилий прилагала, чтобы его достать, чтобы он увидел, чтобы заметил, что я самая талантливая, самая опасная темная ведьма. Что я лучшая!

Как злилась, когда, что бы я ни сделала, он ничем не выделял меня среди других адептов, относился ко мне так же ровно и дружелюбно, как и ко всем остальным.

Совершенно, абсолютно не обращал на меня внимания!

Как я его за это ненавидела!

И, может, прав был Белз, когда говорил, что если бы Лайтвуд не позвал меня замуж, то я так или иначе нашла бы способ испортить ему жизнь.

Потому что только этим и хочу заниматься до самой смерти.

Я счастливо улыбнулась, Лайтвуд рявкнул:

— Что у тебя в руке? Покажи немедленно. Ну!

Я запоздало вспомнила про подклад, который планировала сделать, чтобы сорвать свадьбу, и бросила обмотанную волосами шпильку и розмарин на ковровую дорожку, а для верности еще и придавила каблуком.

— Ничего! Совершенно ничего. Отец! Жени нас.

Он закашлялся, Лайтвуд нахмурился сильнее.

— Медея…

Земля слегка задрожала, поднялся ветер, среди гостей зазвучали испуганные возгласы.

Пахло паленым, арка, за несколько секунд сгоревшая до тла, осыпалась пеплом.

Вот это я понимаю, гнев Верховного светлых!

Восхитительно!

Пугающе!

Невероятно!

— Давай уже жениться! — воскликнула я, для верности подхватывая Лайтвуда за локоть. Вдруг сбежит еще от своего проклятья. В смысле — счастья. От меня, в общем. — Отец! Продолжай!

— Медея… — тихо и угрожающе произнес Лайтвуд.

По спине от его тона пробежали мурашки, и я счастливо улыбнулась.

Именно счастливо, хоть я и была темной.

Кто бы мог подумать!

Не так уж сильно мы от светлых отличаемся.

Потому что я однозначно чувствовала себя влюбленной и счастливой.

Ну, или сгорающей от страсти и радостно предвкушающей будущие несчастья — тут как посмотреть.

Вопрос терминологии.

— Милый, ты такой красивый, когда злишься. Давай уже жениться. Ну не расстраивайся так сильно.

Отец крякнул и поспешно произнес короткое заклинание, которое для скрепления брака использовали темные.

Нас окутали клубы темного дыма, кольцо на моем пальце нагрелось — и все.

Я стала женой Верховного светлых лорда Райана Даниэля Лайтвуда!

Ура!

Все-таки свадьба — самый счастливый день в жизни любой девушки!

— Можете поцеловать невесту, — объявил отец. — Если желание не пропало.

Да сейчас! Пропало желание, видите ли.

Это теперь мой муж, и я сама буду его целовать! Когда захочу!

Подавшись вперед, я обхватила Лайтвуда руками, впилась в его губы и для верности запрыгнула на него, обнимая ногами за пояс и сминая к Проклятому ткань дорогущего свадебного платья.

Кажется, спустя несколько секунд Лайтвуд все-таки обнял меня в ответ, и от этого сердце до горечи сладко екнуло.