— Только об этом и прошу.

— Послушай меня, хорошо? Я должен рассказать, что ждет тебя, когда ты придешь в себя. Думаю, теперь ты сможешь внимательно меня выслушать. Скоро все изменится. И ты не сможешь сразу стать таким, как мы. Новообращенные не умеют контролировать свою жажду, и кровь — это единственное, о чем они могут думать. Но так будет не всегда. Однажды тебе станет легче, и ты начнешь воспринимать мир по-другому, как я и остальные в семье. Я не заставлю тебя питаться только кровью животных. Если ты не захочешь идти нашим путем, я все равно не оставлю тебя, если же…

— Нет, я буду как ты.

Кто-то рядом с Эндрю тихо хмыкнул. Нилу показалось, что это был Кевин. Он убедился в этом, когда услышал его голос:"

"— Если бы это было так просто.

— Заткнись, Кевин. Он справится. Ты справишься, слышишь? И я буду помогать тебе. Первое время ты не будешь чувствовать ко мне или кому бы то ни было прежних чувств. Но со временем все вернется. Первые годы будешь относиться ко мне скорее как к своему наставнику. Новообращённые не испытывают никаких чувств, кроме адского голода. Но это нормально, я просто хочу, чтобы ты это знал. Мне ничего не стоит дождаться тебя, если я все еще смогу быть рядом.

— Я не хочу так. Я люблю тебя. Почему это должно измениться?

Нил до ужаса испугался. Терять свои чувства к Эндрю… У него ведь тогда совсем ничего не останется.

— Тебе будет все равно на это, когда ты придешь в себя. А еще… твои глаза больше не будут голубыми. Как ты и хотел. Сначала они станут алыми, скорее всего уже стали, но если ты пойдешь по нашему пути, то однажды они будут такими же, как у меня.

Нил никогда не думал, что когда-нибудь так отчаянно не захочет терять цвет своих глаз. Он знал, как сильно их любил Эндрю.

— Мы приехали. Я отнесу тебя в нашу комнату. Потерпи еще немного, все почти закончилось.

Нашу комнату. Джостену все еще с трудом верилось, что он сможет дожить до этого момента. Жар в теле не умолкал не на секунду, иногда начинало казаться, что он разгорался только с большей силой.

Нил не запомнил, как его несли. Или как куда-то уложили. Он так злился на себя, что был все еще не в состоянии открыть глаза и посмотреть в любимое лицо. Казалось, от этого ему сразу стало бы намного легче.

И тут Нил понял, что боль из его конечностей начала постепенно уходить. Но ощущалось это, словно его руки и ноги наконец полностью догорели и развеялись по ветру. В следующую секунду оказалось, что весь этот жар не просто исчез, а переместился выше. Если раньше боль была невыносимой, то какой она стала сейчас? Огонь сжигал его тело до тла, двигаясь прямо к сердцу.

— Скоро все закончится. — Голос Дэвида оказался слишком громким. И Нил понял, что он почему-то слышит слишком многое. Как моргает Аарон, стоя совсем близко к нему, как заламывает пальцы Эбби.