— Неправда, — отмахнулся Влад. Отвернулся, не выдержав взгляда дочери. — Какая ты у меня умная девочка, ничего от тебя не скрыть.

Вареньке уже совсем не хотелось спать. Она села в постели и потянулась к отцу. Обняла ладонями его лицо и повернула так, чтобы посмотреть в глаза:

— А вот и правда. Ирина нравится тебе, не скрывай этого. И почему тебе так важен шрам? Ты что, прогонишь ее, если кожа на животе окажется испорченной?

Предположение дочери заставило Влада испуганно вздрогнуть. Задавая, казалось бы, невинный вопрос, он и подумать не мог, во что это перерастет. Теперь Варя думала, будто он откажется от Ирины, если у нее есть шрам. Этого отец допустить не мог.

— Ни в коем случае! Я не собираюсь прогонять Ирину в любом случае. А что касается шрама… Понимаешь… — Он задумался: как рассказать ребенку об «Алой розе»? Нельзя же взять и выложить правду. — Мне приснилась девушка, у которой есть такой шрам.

— И теперь ты ищешь ее? — радостно воскликнула Варя. Глаза ее сияли, как две путеводные звезды в полумраке комнаты. — Как в сказке?

— Почти, — согласился Влад. — Так что, есть у нашей гостьи такой шрамик?

Девочка закусила губу и несколько минут, показавшихся отцу вечностью, смотрела на него, не мигая. В ней боролись честность и желание воплотить в реальность ночные фантазии отца.

Первое чувство победило.

— Я не могу тебе рассказать, папочка, — живо сообщила девочка. — Это секрет.

Она приложила указательный пальчик к губам и тихонько шикнула. Этого было достаточно, чтобы молния ударила в сердце Влада. Он уложил дочку спать и отправился в свою комнату, заранее убежденный, что в эту ночь ему не сомкнуть глаз."

"Варя находилась в полной уверенности, что не рассказала отцу правду. А вскоре мысли об этом и вовсе вылетели из ее хорошенькой головки. Она всерьез готовилась блеснуть на подиуме. Отец нанял для нее учителя из числа бывших профессиональных моделей. А еще Варя посетила стилиста и изъявила желание коротко остричь волосы — так, чтобы не было возможности прикрыть половину лица. Общение с Линни Варлоу все сильнее меняло ее в положительную сторону. Девочка каждый день доказывала себе и окружающим, что готова принять себя такой, какая есть, и готовилась победить своего самого злейшего врага — страх перед публикой.

— Как думаешь, у меня получится? — спросила она как-то утром у Лизы.

Девочке нравилось по утрам прогуливаться вместе с взрослой подругой и купаться в прохладном еще бассейне. Дочка не раз просила отца присоединиться к ним, но тот каждый раз находил отговорки.

— Непременно, — уверенно заявила Лиза, коснувшись коротеньких волос девочки. Так непривычно, но малышке очень шла новая стрижка. Светлые локоны обрамляли ее кукольное личико, делая похожей на пушистый и хрупкий одуванчик.