Наши семьи не просто дружили, а были партнерами в бизнесе. Договор о свадьбе казался само собой разумеющимся. Только Кирилл отмахнулся и от соглашения, и от влюбленной в него меня и женился на другой.Десять лет он не возвращался на Родину и вот, когда я почти села в кресло главы компании, явился. Заслуженное повышение ускользнуло из-под носа.Ну, что ж, Богатырев, ты сам нарвался! Я отомщу тебе за все!ОднотомникВ тексте есть: служебный роман, противостояние и столкновение характеров, офисные войны, бывшие жених и невеста

— Мама, но почему он так со мной? — уткнувшись в подушку, рыдала я. Резкие замечания Кирилла о моей внешности казались концом света. А как может быть иначе? Я не нравлюсь будущему мужу, моей первой и единственной любви.

— Он мальчишка, вот подожди, пройдет пять лет — он станет мужчиной и тогда ты сама увидишь, как все изменится.

Я замерла в нерешительности. В словах мамы был резон. Неужели все будет как в моем любимом мультике «Принцесса-лебедь»? Кирилл, как Дэрек, увидит меня взрослой, красивой и влюбится за считанные секунды?

— Знаю, милая. Сейчас ты ребенок для него, но время летит быстро, и скоро оно все изменит.

— Я сниму брекеты, и прыщи исчезнут…

Конечно! Это ведь все не навсегда.

— Не только. Просто поверь мне. Кирилл уедет учиться, оставив здесь девчонку, на которую пока даже не смотрит, а вернувшись через пять лет, встретит красавицу, которая вскружит ему голову.

Я улыбнулась, представляя нашу встречу. Кирилл себе все локти покусает, увидев меня! А я вот потружусь. Стану самой-самой, ведь он просто идеальный. Он достоин принцессы, и мне нужно стать ей.

— А если он там кого-то встретит?

Закусив губу, я ждала маминого ответа.

— Ты ведь знаешь, Полиночка, все давно решено. Через пять лет вы с ним будете стоять у алтаря.

Я усмехнулась, вспомнив этот давний разговор, что ж, пять лет прошло и мы с Кириллом действительно оказались перед алтарем. Мои брекеты давно исчезли, как и подростковая сыпь. Я действительно расцвела: густая копна темно-шоколадных волос, молочная кожа, точеная фигура. Многие мужчины не сводили с меня глаз, а женщины перешептывались, обсуждая мой наряд. Сегодня я выглядела на все сто! Только все было зря. Мужчина, которого я любила всю свою жизнь, стоял возле священника и смотрел на другую женщину. В его глазах читалось восхищение и обожание. Мою челюсть свело от улыбки. Черт, отчего так больно?!

— Соберись, Поля. Это нужно просто пережить. Пе-ре-жить, — тихо бурчала я себе под нос по-русски. Все равно здесь одни американцы, которые и слова не поймут на «варварском» языке.

Я старалась смотреть только на жениха. Уже чужого, не моего. Только взгляд нет-нет да и цеплялся за счастливую улыбку невесты.

Эйприл — это имя я ненавидела всеми фибрами души.