Тебя бы не смутила, скажем, куриная кость под кроватью?

— Смутила бы, она завоняется и тараканов соберет.

— Эти не завоняются.

— Но они человеческие!

— Подумать только, насколько нежные, оказывается, боевики, — фыркнула Корделия и тут же сменила тон: — Лианор, среди нас нет некромантов, чтобы разупокоить скелет. Кости — это просто кости. Они четыре года стояли у меня под кроватью, и ничего.

Я вздохнула. Они были правы, а я просто дурочка.

— Если тебе так будет спокойней, я стану на ночь запирать ящик магией, — сказала Оливия.

— Наверное, мне просто надо привыкнуть, — выдавила я. Мысль о том. что под кроватью соседки будут лежать самые настоящие человеческие кости, вызывала какой-то суеверный страх. Я натянуто улыбнулась. — Привыкну. В конце концов, я боевик.

— Привыкнешь, конечно, — прощебетала Корделия и подступила ко мне с мерной лентой.

Через несколько дней она забежала с примеркой, а готовые рубашки принесла в вечер посвящения.

Когда она постучалась в комнату, я помогала Оливии справиться со шнуровкой корсета. Обычно она носила не слишком тугие, лишь обозначавшие фигуру, такие, которые можно было надеть самостоятельно, но бальное платье требовало и особого белья.

— Вижу, что я не вовремя, — прощебетала Корделия, впорхнув в дверь. — Или как раз вовремя, наденешь обновку на вечер.

46

Она приподняла рукав моего парадного кителя, висящего на спинке стула.

— Новенький, вижу. И рубашки к нему хорошо бы новенькие.

— Плохая примета — надевать все новое перед важным делом, — сказала я, снимая с вешалки юбку бального платья Оливии. Нужно было собрать пышные складки так, чтобы Оливия могла разом просунуться в пояс, и на несколько мгновений это заняло все мое внимание.

— Тоже мне важное, — фыркнула Корделия. — Еще один бал. В сезон их будет…

— Корделия, для Лианор вечер в честь посвящения — важное событие. Как и для меня, — вмешалась Оливия.

— Что ж, тогда желаю вам удачно его провести. Я не знала про примету. Куда положить рубашки, если сейчас ты не будешь их проверять?

— Пока на кровать, я уберу, спасибо, — сказала я. — Извини, что сейчас не могу оценить твои старания по достоинству.

Я помогла Оливии пролезть в юбку и расправить ее, красиво укладывая складки поверх еще трех нижних юбок. Следом нужно было надеть лиф и сколоть его булавками с юбкой. Чем я и занялась, от души радуясь, что мой наряд будет лишь иллюзией. Надену парадный мундир на случай, если кто-то ее заметит и захочет развеять, и все сборы.

— Тогда я суну рубашки в шкаф, если ты не против, — сказала Корделия. — И я не в обиде. Совсем не подумала, что для тебя это первый бал. Так волнующе! Даже если самой собираться особо не приходится. Я даже немного тебе завидую.