— Я мог бы сказать, что, когда барышня нравится, хочется быть с ней рядом и проводить — вполне себе повод, и это было бы правдой…

Я зарделась.

— Но есть кое-что еще, — по-прежнему без тени улыбки добавил он. — Я не хочу, чтобы ты гуляла по университетскому парку одна. Не для того, чтобы оградить тебя от других людей. Если у тебя появятся друзья, с которыми вы будете ходить компанией, я только обрадуюсь.

— Из-за Бенедикта? Думаешь, ему больше делать нечего?

— Оба его родителя злопамятны, и вряд ли он вырос другим. Я уверен, что он не присмирел, а ищет варианты отомстить чужими руками.

 — Родерик помолчал, словно колеблясь. Я молча ждала. — Но дело не только в Бенедикте. Я очень надеюсь, что и Алек, и Рейт правы, а я просто делаю из мухи слона. Но если в этом году еще один студент загуляет, я не хочу, чтобы им оказалась ты.

— Я не собираюсь… — начала было я, осеклась, сообразив. — Думаешь, Конрад на самом деле не загулял?

Родерик ответил не сразу:

— Не знаю. Каждый год в университет поступает около двух сотен студентов. Каждый год отсеивается десятка два первокурсников. Большей частью это целители, у которых не оказывается дара…

— Дара? Разве можно поступить без магии? — перебила я.

— Магия само собой. Но дар целителя состоит в том, чтобы использовать не только свою силу, как это делают боевики и остальные. Целитель — тот, кто собирается практиковать, а не пользоваться азами, как пользуются ими, скажем, хорошо обученные боевики. Должен быть способен черпать силу непосредственно из Морока и пропускать через себя. Знаешь, как в той задачке с бассейном и двумя трубами. В одну втекает, в другую вытекает…

Не знаю, но смысл его слов примерно был мне ясен.

Морок — место, где проходят души по пути к богам. Магическая изнанка мира.

— Ускоренное восстановление требует от тела слишком много сил, обычно у тела столько нет. Целитель заменяет их магией, но если использовать только свою, если нет дара проводника силы, то истощишься почти мгновенно.

Вот, значит, почему Оливия переживала, что не сможет удержаться на факультете.

— Разве это нельзя проверить заранее?

— Можно. Истощившись практически до смерти — только на ее грани открывается этот дар.

Слишком опасно. Поэтому целителей начинают учить, и рано или поздно те, кто способен черпать магию в Мороке и пропускать через себя, интуитивно обращаются к этому дару. Кто не может… — Он пожал плечами. — Поэтому с целительского отсеивается довольно много. Часть, конечно, переводится, но часть просто уходит, не справившись с разочарованием.

Ну да, знатнюкам ведь не надо зарабатывать себе на жизнь, за них работают те, кто живет на их землях. На университете свет клином не сошелся.