— Ты ошибаешься, ами, — мягко покачала головой графиня и улыбнулась уголками губ."

"— Докажи, — предложил Сорин. — Драконья магия очевидна, ведовство, о котором ты говоришь, — это чувства. Нет ни единого доказательства того, что проклятие существует, кроме твоих ощущений. И тем более того, что принцесса Игрид каким-то образом к нему причастна. — Он замолчал. — Я тоже скучаю по ней, Инес. Было время, когда я видел ее везде, но сейчас…

— Ну почему же, — проговорила я, чувствуя, как сердце колотится.

Наконец-то все встало на свои места, сложилось в единую картину.

— Кэтэлина? — позвал Сорин. — Ты хочешь что-то сказать? Тебе плохо? Воды?

Я почувствовала тепло, которое на секунду меня окутало, и запоздало поняла, что это Сорин, наверное, пытается “накачать” меня силами. Вряд ли у него самого их много, учитывая ранение.

— Игрид жива, — проговорила я. — Собственно, из-за нее я и оказалась здесь.

Сердце колотилось, голос звучал глухо, посмотреть на Сорина не хватало сил. Не хотелось видеть на его лице радость из-за того, что его любимая Игрид, которой он хранил верность столько лет и по которой тосковал, из-за которой готов был умереть, жива.

— Кошка, не неси ерунды! Ты ее даже не знала.

— Знала, Сорин. — Я наконец на него посмотрела. — Когда я увидела ее в первый раз, она назвалась Эсмеральдой и пообещала, что я смогу родить ребенка, если выйду замуж.

— Ты бредишь, — отрезал Сорин. — Где это было? Когда?

— За пару дней до нашей встречи. — Я сглотнула. — Не в этом мире. Меня зовут Катя, не Кэтэлина. Я не отсюда.

Глава 46

— Не из Эриды, ты имеешь в виду? Из другой страны? — услужливо подсказал Перс.

— Из другого мира, я имею в виду, — решила идти до конца я.

 — Из такого, где нет драконов и магии, зато где я могу работать юристом, владеть своим жильем и пользоваться мобильным.

— Чем-чем?

— Неважно. Я поняла, с кем имею дело, только когда увидела портрет в галерее замка. Все началось с того, что у меня не получалось родить ребенка…

Во время моего рассказа никто не сказал ни слова, а я говорила и говорила, даже не думая что-то утаивать, даже про Женю рассказала, и про свою работу, и про условие Эсмеральды. Хватит, ужасно надоело скрываться, врать и бояться себя выдать.

Я рассказала даже про то, чем наш мир отличается от этого и почему я никак не могла научиться вести себя “по-женски” и “как вира”.

— Поэтому ты не можешь убить короля, Сорин, — подытожила я свой рассказ и наконец посмотрела на Сорина.

Сорин держался за бок и молчал. Его взгляд был направлен на пол, лоб хмурился.

— Почему? — наконец спросил он. — Кэт… Ка-тя?

— Потому что иначе наш ребенок погибнет, — собравшись с силами, сказала я.

— Подожди, причем тут король? — тряхнул головой Перс.