"

"Бойцы немецкого ополчения вышли из оцепенения, кинулись прочь, чуть не сбив Вобликова – лейтенант едва успел отпрыгнуть. Топая тяжелыми ботинками, немцы побежали по переулку, постоянно оглядывались. Карабины остались лежать у наших под ногами. Как по команде все трое свернули вправо, забежали в пустующий дом.

– Добренький вы, товарищ майор, – укорил Шашкевич. – Хотя ладно, бес с ними, – махнул он рукой, – пролетарии какие-никакие. Пролетарские солдаты и даже матросы… если это действительно его тужурка. Пусть соединяются, мы не против…

«Что-то никак они пока не соединятся», – подумал Андрей.

– Пролетарский матрос, говоришь? – почесал затылок Корзун. – Стесняюсь спросить, Федор, это что за зверь такой?

Сдавленно смеясь, оперативники расселись по местам. Вобликов медленно направил машину в глубь переулка.

– Не сдадут нас эти трое, а, товарищ майор? – опасливо спросил Олег, провожая глазами проплывающий мимо темный подъезд. – А то добегут до своих и сразу к офицеру – дескать, так и так, русские уже здесь.

– Русские и так уже здесь, – отрезал Ракитин. – Не сдадут, не волнуйся, этим работягам война поперек горла.

Не их это война, понимаешь? Не по своей воле они в ополчение пошли. А кольнет «сознательность» в задницу… все равно не признаются, потому что мы у них оружие отняли, а СС такого не простит, расстреляют, чтобы другим неповадно было… Вправо сворачивай, Олег, видишь, пустырь! Машину спрячем, дальше пешком пойдем.

«Виллис» плавно перевалился через бордюр, объехал гору мусора и вклинился между развесистым кленом и глухой стеной. Контрразведчики покинули машину, прислушались.

По небу плыли темные тучи. Дым стелился над городом, закутывая Берлин в непроницаемый саван. Подкрадывались сумерки, и все это вкупе создавало ощущение позднего вечера. Серая мгла накрыла все. Звуки сражения в этом месте были едва различимы – превращались в какой-то мерный фон.

По команде убрали советские автоматы, извлекли из-под сиденья немецкие плащ-палатки, немецкие каски, автоматы «МР-40» – все хозяйство было компактно уложено и дожидалось своего часа. Плотная брезентовая ткань обтянула горло, надежно скрыв советское обмундирование.

Полностью облачаться в немецкие мундиры не было ни смысла, ни желания. Вряд ли в этой неразберихе кто-то станет их досконально проверять. Надели каски, затянув под подбородком ремешки. Громоздкая радиостанция, работающая в ультракоротком диапазоне, осталась в машине.

Там же лежали два комплекта портативной американской радиостанции ВС-611-F. Фактически радиотелефоны, чудо современной капиталистической техники. Их поставляли по ленд-лизу в весьма ограниченном количестве.