Пилотки пропахли потом, но это был нормальный «живой» запах…

У стены, в стороне от полотна, были сложены мертвые тела. Очевидно, умерших на станции относили сюда, чтобы избавиться от запаха разложения, аккуратно «штабелировали» друг на друга. Пожилые мужчины и женщины, бывшие раненые солдаты вермахта, болезненно худая девушка с тонкими волосами и в кофточке с трогательными ромашками. От чего она умерла, даже предполагать не хотелось. Почему-то запомнилась эта щемящая боль в глазах молодой немки. Комок тошноты застрял в горле.

– Можно глупый вопрос, товарищ майор? – поежившись, прошептал Корзун.

 – Все понятно, бога нет, дьявола тоже, есть только единственно верное представление о мире – материалистическое… И все же, как вы считаете, есть там что-нибудь после смерти? Ну, хоть что-то, неважно, что? Умираем – что потом? Осознаем, что умерли? Порой очень сильно беспокоит, товарищ майор, что там за гранью? Только не смейтесь, не говорите, что сами об этом не думали…

– Денис, ты издеваешься? – Ракитин закашлялся. – Какая разница, думал – не думал? Все мы убежденные материалисты и все равно об этом думаем. А толк-то какой? Мне никто не докладывал об обстановке на том свете, разведданных нет, и сам я туда не ходил.

Это у мертвых надо спрашивать, только они в курсе. А у мертвых как спросишь? Нас с ними пропасть разделяет…

– Да какая там пропасть, – смущенно пробормотал Корзун, озираясь на мертвецов. – Нет никакой пропасти, есть один неверный шаг… Ладно, умрем – узнаем. Только обидно, что никому рассказать об этом не сможем…

На сознание давило присутствие огромной массы людей. Оперативники прятали пилотки, советские автоматы, затянули под горло плащ-палатки.

Но разве спрячешь то, что в глазах? Кого они хотели обмануть?

– Будем надеяться, что нас не раздавит негодующая толпа, – вздохнул Вобликов, первым подбираясь к боковой лестнице.

Такое ощущение, что на перроне станции «Принцаллее» собралось все население района. Люди сидели и лежали плотными рядами, прижимаясь друг к другу. В основном гражданские – женщины, дети, мужчины непризывного возраста. Кто-то лежал на голом полу, кто-то на подстилках, накидках, на рваной мешковине. Женщины обнимали детей, смотрели со страхом, как из тоннеля выбираются демоны.

"

"Они все понимали. Это были не их люди. Это были пришельцы, захватчики, дикие варвары, пришедшие уничтожить их многовековую европейскую цивилизацию, имеющую давние гуманистические традиции! Самое противное, что большинство в это верило, не являясь при этом плохими людьми. Много лет Германией управляла грамотная пропаганда, а о зверствах СС за пределами страны подавляющая часть населения даже не подозревала…

От русских старались отодвинуться, опускали головы. На перроне царил убийственный запах.