Услышав о том, что Халаф потерпел полное поражение, хан Тимурташ исполнился скорби: а через некоторое время прискакал один из его военачальников с известием: «Хорезмский султан направляется к Астрахани со всем войском. Он делает быстрые переходы и вот-вот будет здесь. Всю семью ногайского хана он собирается предать смерти!»

Тогда Тимурташ раскаялся в том, что не пожелал платить дани. Но, как гласит арабская пословица, «раскаяние приходит слишком поздно, когда от города Басры осталось лишь пепелище». Времени уже оставалось мало, и хан с женой и сыном выбрали самое драгоценное из казны и в сопровождении нескольких придворных покинули город.

Они направились в сторону Булгарии — более могущественного государства, и намеревались там попросить убежища.

Переходя через Кавказские горы, хан и его семья попали в лапы разбойников. Только небольшой отряд воинов сопровождал Тимурташа и его приближенных, разбойников же было великое множество: они обитали в этих горах постоянно.

Халаф со своим отрядом оказал грабителям сопротивление и перебил немало нападающих, но в конце концов его силы иссякли.

Разбойники одержали верх, набросились на драгоценности, которые хан взял с собой из Астрахани. Всех оставшихся в отряде они убили, даже придворных, пощадив лишь ханскую семью. Тимурташ, его жена Алмас и наследник престола Халаф лишились всего: грабители оставили их на склоне горы, раздев до нитки.

Хан, видя себя в таком унижении, задумался, не покончить ли ему счеты с жизнью. Алмас рыдала. Один Халаф сохранил присутствие духа. Тяжесть последнего несчастья не сломила его.

— О отец мой! О мать! — говорил он. — Не давайте отчаянию овладеть вами, соберитесь с духом.

Быть может, небо над нами сжалится и после всех горестей пошлет нам более счастливые дни?

В конце концов ему удалось их убедить.

— Ты прав, сын мой, — сказал ему хан, — нам следует покориться воле Всевышнего…

И они двинулись пешком, потому что разбойники забрали лошадей. Некоторое время они шли, спускаясь в долины и отыскивая там фруктовые деревья, плодами которых они питались. Потом на их пути оказалась пустыня, где уже не было ни воды, ни фруктов. Ханша едва плелась от усталости.

Тимурташ снова пришел в уныние. Халаф из последних сил взвалил себе на спину мать и перетащил ее на некоторое расстояние, потом помог и отцу. Так, перенося их одного за другим, он добрался до таких мест, где кругом виднелись обрывы и пропасти. И хан, и его жена, и Халаф были голодны, измучены долгой дорогой и жаждой; увидев бездонную пропасть, жена Тимурташа от ужаса вскрикнула не своим голосом. Хан опять впал в отчаяние. Его ярость на судьбу была так велика, что он решил немедля броситься с обрыва.