Он потребовал, чтобы государство ногайских татар отныне и в будущем платило подать султану под угрозой немедленного вторжения. «Если хан Тимурташ откажется мне платить дань, — передал гонец слова своего повелителя, — то в поход на него из Хорезма выступит войско в двести тысяч человек, и оно лишит его не только трона, но и жизни».

Тимурташ тут же созвал советников. Государственные мужи, и с ними Халаф, затворились для обсуждения этой угрозы. Наследник ногайского престола высказал мнение, что следует ответить отказом, и советники с ним согласились.

Таким образом, посол уехал ни с чем."

"Хан Тимурташ с сыном стали готовиться к войне. Они разослали в соседние страны гонцов с известием обо всем происшедшем и с предложениями военного союза. Тамошние правители все согласились принять участие в походе против хорезмского султана и выставить кто сколько может вооруженных воинов; среди прочих государь Гиркании обещал прислать на помощь ногайскому хану пятьдесят тысяч человек.

Хорезмский султан тем временем выступил в поход и достиг Дженда.

Халаф подождал, пока обещанные соседями отряды прибудут и объединятся под его началом, и тоже двинулся в направлении Дженда, но не успел он достичь своей цели, как один из посланных вперед наблюдателей вернулся с известием, что неприятель находится уже в поле зрения: султан выиграл время и готовился к битве. Тогда Халаф приказал своим воинам остановиться и перестроил их для сражения.

В то же утро бой начался — армии двинулись навстречу друг другу, сошлись и бились до самого вечера. С наступлением темноты было решено прекратить сражение, а утром возобновить.

Но этой же ночью полководец, присланный из Гиркании, пробрался к шатру хорезмского султана и заключил с ним отдельное перемирие. Он поклялся султану, что бросит ногайское войско и уйдет со своим отрядом с поля боя — если только султан пообещает ему никогда в будущем не требовать никакой дани с царя Гиркании. Султан согласился, и тот военачальник вернулся к себе в палатку.

Наутро, когда настало время вновь взять в руки оружие, пятьдесят тысяч воинов отделились от армии союзников и повернули в том направлении, где была дорога в Гирканию.

Обрадованные этим предательством, хорезмийцы бросились в атаку. Они бились яростно, окружили ногайское войско со всех сторон и в конце концов разбили его наголову. Халафу едва удалось бежать. Преследуемый шестью тысячами всадников, он во главе отборного отряда пробился из окружения и окольными дорогами доскакал до Астрахани, которая была столицей их государства. Там его дожидался отец.