Вместе с охраной его встретил взволнованный владелец.

– Герман Игнатьевич, пожалуйста, ради всего святого, уберите его из моего клуба! Во-первых, он меня разорит. Во-вторых, тут же люди!

Парень выглядел бледным.

– Что же сами его не выставили? Парочка твоих оборотней уж точно бы справилась с одним-единственным фавном.

У Руслана заметно дернулся глаз.

– Из уважения к вам, – парень нервно сглотнул. – Да и драки мне здесь точно не нужны. Просто уведите его по-тихому, пожалуйста.

– Так и скажи, что боялся не справиться, – мрачно усмехнулся Нагицкий.

В том, что сможет увести отца по-тихому, он сомневался.

«А Ирина совсем недавно то же говорила обо мне», – мелькнула невеселая мысль.

В помещении клуба произошла перестановка. Теперь в центре стояло шесть круглых столов, за которыми и происходило основное действо. На сцене одиноко сидел саксофонист, выводя грустную протяжную мелодию. По периметру зала располагалось несколько фуршетных зон. Люди сидели за столами, ходили между ними с заинтересованным видом. Периодически крупье объявляли о раздаче карт.

Больше всего зевак собрал крайний слева столик и сидевший там крупный накачанный мужчина в спортивной одежде.

– Поднимаю ставку, – пробасил он.

Нагицкий поморщился. Его всегда раздражал внешний стиль дражайшего родственничка. Тот наряжался как гопник из подворотни, да и вел себя соответственно.

– Отвечаю, – тучный усатый мужик, сидевший следующим, добавил фишки в центр стола.

– Зря. Если спасуешь прямо сейчас, еще домой успеешь, там жена с твоим братом развлекается, – осклабился Игнат, – прямо на твоем любимом кресле, где ты кофе по утрам пьёшь.

Мужик посерел лицом, мгновенно отвлекаясь от карт.

Герман поспешил как раз вовремя – еще чуть-чуть, и все бы кончилось дракой. А так положил руку на плечо усатому мужику, выпуская в нее импульс. Понизить подскочившее давление, замедлить выработку кортизола и снизить его уровень в крови, замедлить частоту сокращения сердечной мышцы.

Мужик раздраженно сбросил с себя руку, подозрительно уставившись на Германа.

– Прошу прощения за моего отца, – улыбнулся он игроку, – его только сегодня выпустили из психиатрической лечебницы.

– Пожалуйста, сделайте два шага назад, – вежливо попросил крупье. – К игрокам нельзя подходить так близко.

– Да, конечно. Я только заберу одного, – Нагицкий вежливо улыбнулся, подхватывая отца под локоть. – Этот уже пас.

– Эй, Геша, сыночек, – просюсюкал Нагицкий-старший, – куда ты меня тащишь? Дай хоть фишки заберу, я сегодня сорвал банк!

А затем, понизив голос, добавил театральным шепотом:"

"– Я ведь еще не сказал этим утыркам, что кто последний встанет из-за стола, тот сломает сегодня обе ноги.