Гавриил Ардалионович вдруг весь подобрался, и пальцы рук, лежащие на столе, задрожали так, что это стало очень заметно.

– Погодите-ка… – забормотал он, суетливым жестом вынимая из нагрудного кармана рубашки лупу. – Погодите… ну-ка… ах ты ж… – бормотал ювелир, рассматривая жука со всех сторон.

Я снова почувствовала прилив беспокойства. Очень уж тщательно старикан изучал брошь, и мне почему-то показалось, что видит он ее не впервые, а потому ищет признаки, по которым может узнать."

"– Лапка… лапка… – бормотал он так тихо, что это слово едва можно было различить. – Да-да-да… кончика нет… и камня нет… – Вот тут мне стало совсем нехорошо.

Наконец Гавриил Ардалионович убрал лупу и, не выпуская брошь из пальцев, спросил:

– А где вы, милая девушка, позвольте спросить, взяли эту вещь?

Выхода не было, пришлось уверенно соврать:

– Бабушка подарила. А сейчас нужны деньги, Света сказала, вы поможете оценить.

– Бабушка, значит… ну-ну… – игнорируя мой вопрос, протянул ювелир, и что-то в его голосе мне совсем не понравилось, буквально послышалась какая-то угроза – мол, ты ври, да не завирайся, какая бабушка…

– Так что, Гавриил Ардалионович, – вмешалась тоже почуявшая неладное Светка, – как, по-вашему, сколько может стоить эта брошка?

– Сколько стоить может, говоришь? Потянет лет на пять, а стоить может головы, – не сводя с меня чуть помутневших глаз, тихим голосом произнес ювелир.

– Что?! – не поняла Светка.

– А то, дорогая. Ты кого ко мне в дом притащила? – вдруг сорвался на фальцет Гавриил Ардалионович. – Воровку?!

Этот визг словно придал мне возможности соображать. Я вскочила, ловко выхватила из пальцев не ожидавшего такой прыти ювелира брошь и, схватив за руку Светку, поволокла ее к выходу.

По дороге моя подруга зацепила плечом какую-то вазу, и та с грохотом разбилась за нашими спинами. Мы выскочили из квартиры и кубарем покатились по лестнице вниз, где на лавке у подъезда нас ждал Антон.

– Погоди… – прохрипела задохнувшаяся от непривычно быстрого бега Светка. – Надо вернуться…

– Зачем?! Чтобы он в полицию позвонил?

– Нет! Если он узнал брошь, он знает, кому она принадлежит. И сейчас будет звонить, я в этом уверена. Надо пойти и послушать у двери.

– Ты спятила?!

Но Светка уже развернулась и пошла обратно в подъезд.

Я, вся дрожа от пережитого, сунула злополучную брошь во внутренний карман сумки и направилась к Антону, который так увлекся чтением, что даже не заметил ни нашего появления, ни того, что Светка снова исчезла. Плюхнувшись рядом с ним на лавку, я толкнула Антона в бок локтем:

– Интересно?

– Ага, – буркнул он, не отрываясь от книги.

Надежная защита, чего уж там… да меня сейчас тут могут начать убивать – а Тошенька даже ухом не поведет, будет сидеть, в книжечку уткнувшись.