Затем мы берет свои скромные вещи первой необходимости и выходим на лестничную клетку.

Прежде чем закрыть дверь с той стороны, я громко повторяю:

— У тебя времени до десяти. Советую поторопиться, чтобы не пришлось задерживаться.

Сегодня мы с Сашей будем ночевать на квартире моей тёти. Она уже в возрасте и давно живет с детьми. Ну а я время от времени присматриваю за ее жилплощадью и поливаю цветы. Поэтому у меня всегда с собой ключи от ее дома.

— Мам, ты очень грустишь от того, что папа больше не будет жить с нами? — спрашивает Саша, шагая рядом по мокрому снегу.

— Не очень, — пытаюсь улыбнутся, чтобы не нагонять на сына тоску. Я не хочу, чтобы он чувствовал вину за случившееся. Тем более, что он здесь ни при чём. Проблемы взрослых — это не ответственность детей.

— Почему? — поднимает на меня глаза. Его взгляд становится непривычно взрослым."

"— Потому что мы устали друг от друга. У взрослых так, к сожалению, случается.

— Он поэтому уходит от нас к другой тёте?

— И поэтому тоже. Саш, смотри лучше, какой снег валит, — пытаюсь перевести тему и ловлю рукой снежинку, которая мгновенно тает в тёплой ладошке.

— А я думал — это из-за меня, — тихо произносит он, глядя себе под ноги.

— Глупости не говори! Ты то тут при чём?

— Я ему не родной сын. Может, поэтому? Еще я слышал, как бабушка Тома говорила, что он устал кормить чужой рот.

— Бабушка Тома — его мать. Она всегда будет защищать своего сына. Даже если он будет тысячу раз не прав. И я запрещаю тебе её слушать. Пусть бабушка Тома для начала со своими детьми разберется. А потом о чужих говорит.

Мы доходим до угла нашего дома. Дальше начинается двор-колодец, где постоянно собирается местная шушера.

— Мам, смотри, снова они! — сын показывает пальцем на шпану, которая собралась вокруг какого-то мужчины.

— Вот сволочи, — тихо произношу я и достаю из кармана телефон.

Скольких они уже здесь избили, а скольких обокрали, и всё им с рук сходит.

— Что ты собираешься сделать? — пятиться назад сын. — Хочешь полицию вызвать?

— Лучше, — отвечая, прячусь за дерево и дергаю за рюкзак сына. Нахожу в поисковике звук полицейской сирены и врубаю её с максимальным звуком.

3. Прошлое не вернуть, но зато как его можно вывернуть!

Влад

Молча провожаю взглядом убегающие фигуры и поворачиваюсь на звук. Позади меня стоит молодая женщина. А рядом с ней пацанёнок с большим рюкзаком.

— Добров? — слышу удивлённое. — Владик, это ты?

— Простите, — пытаюсь шевелить поплывшими от алкоголя извилинами. — Мы знакомы?

— Это же я! Даша! — она смотрит мне в глаза, прикусывая нижнюю губку, а я не могу сообразить, откуда я её знаю.

— Сурикова?

— Она самая, — усмехается и часто дышит. — Сто лет тебя не видела.

— Мам, а это кто? — дёргает её за руку малец.

— Твой? — киваю на паренька.

— Мой, — слегка улыбается.