Но вполне могу упечь Нелли в закрытую клинику на ближайшие три года, потому что становиться нянькой ей не готов! Прежде всего я беспокоюсь за ее жизнь. Она опасна не сколько для окружающих, сколько для самой себя! И пока я ее муж, я – ее опекун в случае недееспособности. Сделаю все, что захочу!

– О, Господи, – снова вздыхает мать. – Я, вроде бы, никогда бедно не жила, но в мыслях даже не было ничего страшнее коньяка попробовать. Зачем же девочка так с собой? А как же детки?

– Правильно, мама, – киваю ей. – Непригодна она для детей. Все. Мусор. Отработанный материал. Чисто как девайс в койку…

– Макс! – рявкает отец, припечатывая кулаком по столу. – За языком своим грязным следи.

– Да я, собственно, все сказал, – хмыкая, встаю с дивана. – Отец, тебе документы пришлю спецсвязью. Советую тоже постепенно выводить деньги из компании. Шевцов тебе больше не друг и не партнёр. Это мое последнее предупреждение по Айзенковскому. Не послушаешься – ну что ж. Ты в праве феерично просрать то, что строил почти тридцать лет.

Щелкаю брелоком машины и киваю матери.

– Поеду я…

– Я провожу, – она опасливо оглядывается на отца и семенит за мной из кабинета.

В прихожей накидываю на плечи пальто, засовываю ноги в кроссовки и смотрю на часы. Больше трёх часов меня нет.

Настя, наверняка, в бешенстве. Не звонила…

– Ты, как отец угомонится, – говорит мать у меня за спиной, – девушку свою приводи. Раз уж так все выходит…

– Спасибо, мам, – оборачиваясь к ней и приобнимаю. – Не обещаю, но постараюсь.

– И отца, – она оглядывается назад и опускает голос, – уж от дел не отстраняй. Он без работы сдаст быстро, – подозрительно часто моргает она глазами.

– Не переживай, – киваю ей. – Я со своей стороны буду максимально корректным. Просто загляни тоже в документы и постарайся убедить его. Ты же у меня все-таки дочь генеральская, – тепло улыбаюсь, оставляя ей именно ту эмоцию, которая нужна.

– Иди уже, – она отмахивается и треплет меня по волосам.

Вылетаю из дома и падаю за руль, наконец-то выдыхая.

Какой долгий и сложный день.

А дома меня ждёт ещё один бой, который я просто обязан морально выстоять, не ведясь на обвинения и эмоциональные взрывы. Хотя уже самому порядком хочется проораться.

Скидываю Андрею результаты наркологической экспертизы Нелли и сразу получаю от него ответ, что теперь ей капец.

Это я и сам знаю.

Проезжая по центральным улицам с бутиками, останавливаюсь на светофоре и осматриваюсь по сторонам.

Говорить прописную пошлость не хочется, но столица действительно похорошела за то время, пока я здесь не был. Дизайн код, иллюминация, отсутствие агрессивной рекламы с сексуальным подтекстом, монобрендовые магазины….

«Цветы!» – вдруг встряхивает меня от вывески перед глазами.

Это отличная идея.