Эта мразь, – он кивает на кресло ректора, – за бабки отца удавится.

Я внимательно смотрю на парня, решая врет или нет. Судя по всему – нет.

– Ко мне пойдешь работать? – Спрашиваю его. – Прогу напишешь точно такую же только с другим интерфейсом и будешь обслуживать сеть отелей. Взамен – я хочу получить контакты всех, кого уже кинул твой отец.

Парень прищуриваются в ответ. Ему хочется и страшно. Мне бы в восемнадцать вряд ли на такое духу хватило… Наверняка уже всю инфу обо мне пробил.

– Я согласен, – кивает он и достаёт из рюкзака планшет. – Жди.

Бегло скользит пальцами по экрану. Хмурится, кусает губы и сдувает с глаз прядь челки.

Пацан. Немного потерянный, как я сам когда-то. Ведь по сути, меня тоже использовали…

Часы тикают. Я жду. В дверь робко стучит секретарь, видимо, по просьбе своего начальника.

– Может быть, кофе? – блеет ее голова в дверном проёме.

– Несите, – киваю.

Через пару минут на нашем столе появляется поднос с чашками.

– Телефон на приём файлов включите, – бурчит парень.

– Ты мне сначала покажи на своём, – отвечаю ему.

Он ухмыляется и разворачивает экран. Я делаю глоток кофе. Виктор выпивает свой почти залпом, явно обжигая губы и язык.

– Вот, – скролит пальцами цифры в таблице. – Данные обновляются в режиме онлайн. Ко всем транзакциям привязаны трекеры.

Складываю в голове цифры, получая примерно слитые объемы коммерческой инфы. Капец. Они его порвут.

– Это ты все один сделал, – понимая масштаб работы, даже непроизвольно чешу затылок.

– Один, – кривится парень. – Поэтому он меня здесь и спрятал. Среди тех, кто ни черта в технологиях не шарит.

– Что-нибудь придумаем, – обещаю ему. И снова хмурюсь. – Перед Анастасией Ивановной придётся публично извиниться.

– Понял, – соглашается парень.

– Как только покажешь скелет программы, подпишем договор, – обещаю ему. – И познакомишься с другими инвесторами проекта.

– Спасибо, – бурчит он.

Я киваю, понимая его состояние. Только оно у меня сейчас. Почти на десять лет позже.

Мы выходим из кабинета и объявляем ректору об отсутствии претензий.

Антона в приемной нет. Его забрала к себе медсестра.

– Там вся группа в аудитории до сих пор сидит, – говорит Виктор, подглядывая на Гордееву. – Анастасия Ивановна, я при всех готов извиниться…

– Не нужно, – мотает головой, держась за живот. – Макс, – она поднимает на меня испуганные глаза. – Мне нехорошо. Отвези меня домой.

Страх прокатывается по позвоночнику.

Если Ася беременна, то ей нельзя так волноваться. С меня слетает маска холодности и деловитости.

Я подлетаю к Гордеевой и опускаюсь перед ней на корточки, заглядывая в глаза.

– Детка, скорую?

Она понимает о чем я и мотает головой.

– Нет, просто нервы.

– Поехали, – я поднимаю ее с дивана и прижимаю к себе.