Мне же действительно предстояло повторить судьбу маркизы де Меруж, а что касается Женевьевы, то никто, в том числе и маркиз, так и не понял — случайно ли она, именно ли она, нужна ли была хоть какая-то жертва или ей подкинули нож как улику, потому что нож — этот или другой, похожий — тоже мог послужить дополнительным орудием преступления. По обычаям этого мира тело маркизы сожгли, как только появились первые признаки трупного окоченения, но в любом случае на экспертизу тут можно было не рассчитывать. Был еще вариант, что Пьер просто-напросто перепутал, где чья плетеночка с шитьем, и угробить собирался ту же Марселин.

Я деликатно уточнила, давал ли он показания добровольно. Маркиз с не меньшей деликатностью улыбнулся и ничего не ответил толком.

Но нам приказано было собираться и отправляться в дальний путь.

Половина обитателей покоев королевы затихарилась по углам, вторая половина металась, собирая пожитки. Я бегала и требовала то выкинуть, это положить, как можно скорее отправить вот это мадам Ассо, написать вот этим купцам… купцы, черт, я так навечно застряну в этом экзотариуме, — и между делом думала, что маркиз напрасно меня хвалил. Протупила я знатно, а ведь могла бы вычислить Пьера заранее, еще тогда, когда он пришел ко мне с цацками. Он так следил за всем, что вешала на своих девиц герцогиня, разумеется, это не исключало, что как только ей указали на дверь, он осмелел и часть драгоценностей прикарманил, — но все равно, герцогиня-то точно пересчитывала побрякушки. В то время, когда ее положение при дворе было стабильным, Пьер дико опасался получить плетей за утерянную драгоценность. Нет, эта грымза подняла бы в случае кражи крик, а крика не было, стало быть, Пьер действовал с ее полного ведома. Но я даже не рассмотрела такой вариант. И напрасно.

Как жаль, что здесь нет полиции! Но ведь должно быть что-то, ее заменяющее… или кто-то. Я понятия не имела, когда полиция появилась. И как справлялись до того. Судя по тому, что никто похожий на полицейского не пришел, обходились стражей. А судя по тому, что с Пьером кто-то плотно работал… Не мое это уже дело.

По многим фронтам я потерпела поражение. Доктора ушли, я не успела с ними поговорить. Марселин, к счастью, стало лучше. Купцы растаяли как дым. Средство тоже, скорее всего, мне вычислить не суждено, и монастырь маячит только в очень краткосрочном периоде. И еще там я могу здорово оплошать… Подумав, я сунула в сундук королевы Книгу. Ничего подозрительного.

И уже засыпая — на этот раз одетая, в комнате королевы, подле Теодоры, которая звучно похрапывала — и как София может спать? — я подумала, что покушение на ее величество может еще состояться.

В другом месте и в другое время.

Глава тридцать третья

На нас могут напасть в дороге.