– Возмутительно!

Бриш барахтается на демонах, Ника, всплеснув руками, рывком вытаскивает из образовавшейся груды парней своего Валечку и отряхивает его одежду от побелки.

Бриш, подскочив, хватает Фидиса за грудки и кричит ему в лицо:"

"– И ты ещё говоришь, что нам надо проявлять больше дружелюбия?

– Хм! – с невинным видом заглядываю в глаза Бриша. – Вы имеете что-то против того, чтобы полежать у ног прекрасных девушек? Другой был бы счастлив посмотреть не непревзойдённую Нику с такого восхитительного ракурса…

Бриш переводит взгляд на действительно непревзойдённые богатства Ники. Но её закрывает Валарион, а Бриш, тряхнув головой, снова поворачивается ко мне.

– Да и моё внимание привлечь не так легко, – добавляю я и, словно догадавшись о чём-то, шире открываю глаза. – Или вы испугались перемещения? Если так, могу вам чай успокоительный заварить.

– Я не испугался! – Бриш с независимым видом оправляет одежду. – Не хватало каких-то там эёранцев бояться. Забодаю и всё!

Только мягкая добрая улыбка Фидиса удерживает меня от предложения Бришу пободаться с Санаду: не стоит издеваться над капризным мальчиком ради возможности полюбоваться на Санаду в поединке.

Хлоп!

Серая дымка спадает, открывая Санаду с бессознательным Раштаром на плече.

– Девушек приятнее носить, – выдаёт Санаду за мгновение до того, как Бриш и Фидис отступают от него на три шага.

И если Фидис просто насторожен, то Бриш направляет на Санаду рога.

– Держи, – Санаду ловко бросает в него Раштара.

От неожиданности Бриш ловит приятеля на руки и, качнувшись, обрушивается на пол.

Бах!

Санаду театрально вздыхает.

– Один лекарство уже выпил, остальным предлагаю сделать это в удобных постельках, потому что, клянусь, я сегодня парней больше таскать не буду. И завтра, надеюсь, тоже не придётся. Какие-то неудобные вы, неэстетично на плече болтаетесь, свалиться норовите. Вдруг уроню?

Хлопнув в ладоши, Санаду обходит барахтающегося и пыхтящего под тяжестью Раштара Бриша и подставляет мне локоть.

***

Не знаю, почему Марку Аврелию иногда кажется, что прятать под мою щёку орехи хорошая идея, но сегодня я просыпаюсь от очередной попытки втолкнуть жёсткую скорлупку между мной и подушкой.

Портьеры раздвинуты сантиметров на десять, и солнечный свет проникает в гостевую спальню.

Утро.

Марк Аврелий, недовольно пискнув, уносится с орехом под кровать, а я, полежав немного, встаю.

Дерзкая идея, посетившая меня перед тем, как очередная порция профилактического зелья уронила меня в глубокий сон, после пробуждения не просто не хочет исчезать, наоборот – кажется едва ли не гениальной.

Первым делом я касаюсь академического браслета, чтобы отправить Санаду запрос: «Вы у себя в комнате?»

Ответа нет.