Нельзя сказать, что это общество было таким уж неприятным, скорее наоборот. Но вот навязчивость Гарика меня порой раздражала и утомляла. Слава богу, что он, кажется, понял всю бесперспективность своих попыток весело провести со мной время, поскольку все чаще стал покидать купе, зависая то в тамбуре, то у окна, а под конец поездки прочно обосновавшись в вагоне-ресторане.

– Ты не забывай, что едешь в Питер все-таки в командировку, – усмехнувшись, заметила я, когда он вернулся оттуда далеко за полночь. – Утром подъезжаем, если что.

– Не волнуйся, Таня-джан, я все прекрасно контролирую! – несколько нетвердо проговорил Папазян и моментально завалился спать…

…Питер встречал нас хмурым, промозглым утром. Дул пронизывающий, злой ветер, бесцеремонно пробирался в рукава и за ворот одежды, холодил руки и напоминал мне почему-то назойливую, беспощадно жалящую пчелу. Гарик ежился в своем пижонском плаще, который хоть и выглядел помпезно, но был абсолютно нефункционален в условиях питерской осени. Я предусмотрительно натянула под куртку теплый свитер и даже пожалела, что не взяла перчатки.

Мы распрощались с Папазяном прямо на вокзале: он ехал в управление, а затем в гостиницу, а я, поразмыслив еще в дороге, решила направиться в автомастерскую, где работал Артем Алексиевич. По крайней мере, так он сообщал Асе в одном из своих посланий. У меня были только два ориентира: фирма ""Автостекла"" и благотворительный фонд ""Милосердие"". Я выбрала первый вариант.

Я поймала такси и довольно быстро добралась до Васильевского острова. Там, расспросив нескольких прохожих, я наконец нашла нужный мне объект. Фирма ""Автостекла"", по сути, была обычным складом. Стандартные помещения, в которых хранился товар, занимали почти всю площадь. И только в углу имелась дверь, ведущая в крошечный офис. Я проследовала прямо туда.

В комнате, кроме стола и пары стульев, ничего больше не было. Навстречу мне из-за стола поднялся широкоплечий мужчина лет сорока, с темными курчавыми волосами, одетый в черную куртку, из-под которой виднелась клетчатая рубашка. Взгляд его был не очень-то приветливым, он даже показался мне тяжелым, но информацию так или иначе нужно было получать.

– Добрый день, могу я увидеть Артема Алексиевича? – как можно приветливее обратилась я к мужчине.

Он как-то подозрительно покосился на меня, чуть помолчал, после чего ответил:

– Нету его.

– Сейчас нет? – уточнила я.

Мужчина посмотрел на меня как на чокнутую.

– Конечно, сейчас, – криво усмехнулся он. – Вы, кстати, передайте ему, если увидите, что за такие штуки я увольняю без разговоров!

""Слава богу! – мысленно возликовала я. – Значит, Артем Алексиевич все-таки работает здесь! То есть это реальный человек, а не миф!""

– А что за штуки? – поинтересовалась я.