Он пододвигает ко мне тарелку с отбивными и с каким-то радостным удивлением наблюдает, как я разделываюсь с куском мяса.

— Вкусно?

— Божественно, — честно признаюсь и тянусь за следующим. — Слона могу съесть.

Он как-то странно на меня смотрит, словно впервые видит.

— Что не так? — Я помимо воли напрягаюсь. Запоздало думаю о том, как выгляжу сейчас. Слишком по-домашнему. Короткая майка Морозова на голое тело, спутавшиеся волосы… Хорошо, хоть косметику смыла.

— Я опять косякнул, — спустя минуту признается он, а у меня сердце болезненно сжимается. Что теперь?! — Сиди тут.

"

"Включает свет в жилой зоне и через несколько секунд возвращается с бархатной коробочкой в руках. Я не знаю, что это. Вообще не понимаю, что происходит.

— Это тебе. С Рождеством, Вика.

Чего?

— Саш, это шутка? — Держу в руках красивый изящный кулон на тонкой золотой цепочке. Он не очень похож на тот, что я подарила Морозову несколько часов назад. У него другая форма, на кончиках сверкают камни, не удивлюсь, если настоящие, но это, без сомнения, Вифлеемская звезда. Символ Рождества, как я сама говорила Морозову. — Когда ты успел?!

— Еще вчера! — Он пожимает плечами, как будет речь идет о чем-то совершенно обыденном, что он делает каждый день, и искренне не понимает, почему я сижу с приоткрытым ртом, напрочь прекратив беспокоиться о спутавшихся волосах.

 — У тебя теперь тоже есть звезда!

Поверить не могу! Верчу в руках кулон, в искусственном свете он искрится, переливается разными цветами. Похоже, он действительно с драгоценными камнями. Наверняка это бриллианты.

— Примерь, Вик.

Как обычно, не дожидаясь моего ответа, забирает из рук кулон и неожиданно ловко застегивает цепочку на моей шее.

— Хочу, чтобы ты спала сегодня только в нем, — шепчет он, вызывая у меня мурашки по спине. — Любая одежда на тебе лишняя, только эта подходит.

Очень хочу посмотреться сейчас в зеркало, хотя прекрасно знаю, что кулон необыкновенно красивый, значительно красивее, изящнее и дороже, чем тот, что подарила ему я. Но как? Неужели совпадение?

— Мы подарили друг другу звезду. Не сговариваясь, — тихо произносит он. — Забавно, да? Я глазам не поверил, когда ты мне на набережной кулон протянула. Ты романтик, Виктория!

Кто бы говорил!

— Не сговариваясь, — киваю я головой и снова дотрагиваюсь пальцами до кулона.

Чувствую, что вот-вот разревусь, как влюбленная дурочка. — Спасибо, Саша. Это очень… Я не ждала такого подарка.

— Я люблю тебя удивлять, — довольным тоном признается Морозов. — И не только удивлять. Вика? — Он поднимает мой подбородок вверх и стирает со щеки слезы. — Тебе правда понравилось?

— Да!

— Тогда чего ревешь? Слушай, я сегодня поторопился в душе, может…

— Нет! — обрываю его на полуслове, потому что сразу поняла, о чем речь.