Чего угодно добьюсь, преодолею любые трудности и проживу свою лучшую жизнь. А сейчас…

Интересно, уже можно расписаться в том, что ни черта у меня не вышло?

Глава 11

Первого мы едем с обязательным визитом к Костиковым родителям. Те живут в небольшой деревеньке в тридцати километрах от города. Вроде немного по здешним меркам, но видимся мы не так часто.

Встреча проходит душевно: банька, домашние разносолы и счастливая Юлька – еще бы, тут тебе и подарки, и кот Васька, и прыгучий самоед Бум. Короче, все то, чего по уверениям той же Юльки не хватает ей для полного счастья. Слушаем ее болтовню, смеемся, изредка переговариваясь со свекровью.

И все бы ничего, но во всей этой кутерьме я упускаю момент, когда свекор достает из серванта коньяк.

– Костя, ты за рулем, – напоминаю, зацепившись взглядом за красивый графинчик.

– Упс… Поздно, мась. Мы с батей уже опрокинули по писюрику, – виновато замечает муж. Мои губы округляются в безмолвном возмущении.

– Ну и как мы теперь вернемся?

– Вер, да куда вы спешите? Оставайтесь с ночёвкой. Я вам в мансарде постелю, – тут же встает на защиту сына свекровь. – Праздник же.

Да. Праздник.

Только…

– Я тебе говорила, Кость, что мне к девяти на работу.

– Ты на работу устроилась? Надо же! И молчишь, – опять вклинивается Анна Николаевна.

– Ой, ну позвони, скажи, что придешь попозже. К обеду я буду огурцом, – вторит ей Костик.

Раздражение вспыхивает во мне, как лесной пожар в засушливое лето. Бесит и Костик, и мамаша его, и свекор, подложивший мне такую свинью! Нервы до предела натянуты. И то, что в целом они довольно приятные люди, сейчас не имеет никакого значения. Меня несет. Стиснув зубы, цежу:

– Нет. У меня первый рабочий день.

И я не собираюсь ничего переносить, потому что на меня рассчитывают.

– Да что изменится, если ты придешь на пару часов позже? На пол осядет чуть больше пыли? – Костик ржет, будто придумал шутку века. А я, широко распахнув глаза, отшатываюсь. Его пренебрежение бьет наотмашь, под дых. Чем я его заслужила? В полнейшем шоке не нахожусь с ответом. Моргаю. Беру в фокус свекровь, которая, пребывая в неменьшей растерянности, бегает глазками от меня к Костику и обратно. Видно, даже от нее не укрылось, что ее сынок какую-то хрень сморозил.

– Прости, если тебе мой труд кажется недостойным, – мой голос звучит сипло и надтреснуто, даже несмотря на то, что я откашлялась, перед тем как открыть рот.

– Только я напомню, что именно он позволяет оплачивать наши счета, пока ты спускаешь семейный бюджет на то, чтобы решить свои проблемы с законом."

"Виталий Семенович как-то странно крякает, смущенно ерзая в кресле. Я разворачиваюсь на пятках и пулей вылетаю из кухни. Лопатки обжигает исходящая от мужа злость, но это не самое худшее.

Надо отдышаться. Надо как-то прийти в себя.